Бронетанковые школы

В конце 1929 года Наркомвоенмор СССР утвердил бронетанковую программу, по которой мотомеханизированные войска должны были получить: пять танковых полков РГК, семь танковых батальонов для конницы, пять механизированных отрядов для нее же, три самостоятельных механизированных бригады и один батальон тяжелых танков.
Так как первоначально было принято решение о сохранении командирами малых и средних танков лиц среднего комсостава, потребность в старшем и среднем командном составе исчислялась, учитывая разнесенный на несколько лет процесс формирования новых частей: 330 человек к осени 1929, 650 к осени 1930, 1450 к осени 1931, 2250 к осени 1932 и 2750 человек к осени 1933 года. Для обеспечения этой потребности было решено расширить Ленинградские броневые курсы (о них еще будет рассказано отдельно) и сформировать новую бронетанковую школу на базе пехотной или кавалерийской.
Первой нормальной бронетанковой школой нового рода войск стала Орловская, сформированная летом 1930 года на базе Иваново-Вознесенской пехотной. Школа была рассчитана на 600 курсантов с ежегодным выпуском в 200 человек. Однако уже в 1931 году школа приняла 800 человек (все спецнабора), выпустив 187, а с 1932 года штатная численность школы была увеличена до 1200 человек. Сначала готовила комсостав на МС-1, в 1932 году их заменили Т-26, а в дальнейшем школа перепрофилировалась на танки БТ. Бронетанковой школой продолжил руководить Шаумян Сурен Степанович, бывший ранее начальником Иваново-Вознесенской пехотной школы (сын одного из 26 бакинских комиссаров Степана Шаумяна).

Слева - Шаумян Сурен Степанович, в 1930-1932 гг. начальник Орловской бронетанковой школы.
Командира справа от него определить не удалось. Возможно, помощник начальника школы по политической части Александров Александр Иванович.





Приказ Наркомвоенмора и Председателя РВС СССР
№ 017127/СС 22.02.1930 г.
[...]
2. Осенью 1930 г. сформировать бронетанковую школу путем переформирования Иваново-Вознесенской школы в г.Орле. Переформирование указанной школы не должно повлечь сокращения выпуска пехотных командиров из школ, для чего, существующие школы необходимо увеличить в переменном составе из расчета покрыть выпуск Иваново-Вознесенской школы. Срок обучения в бронетанковой школе определяется 3 года.
[...]
4. В отношении бронетанковой школы приказываю:
а/ все казарменное оборудование, а также и оборудование специальных классов для практических занятий закончить к 1 сентября 1930 г.
б/ комплектование постоянного состава школы произвести за счет выделения комсостава из броневых частей и путем командирования на стажировку в период лета 1930 г. не менее 20 командиров из числа оканчивающих военные академии весной 1930 г. с тем, чтобы осенью их назначить для работы в школу и вновь формируемые бронетанковые части;
в/ комплектование переменного состава школы произвести следующим образом:
Старший класс – курсантами среднего класса пехотных и кавалерийских школ;
Средний класс – курсантами младшего класса пехотных и кавалерийских школ;
Младший класс – на общих основаниях с прочими ВУЗ"ами;
г/ подбор курсантского состава произвести с учетом имеющихся у них более родственных специальностей по мотору внутреннего сгорания и токарно-слесарному делу.
[...]
Ворошилов


В январе 1931 года на базе Саратовской школы переподготовки начсостава запаса была создана вторая бронетанковая школа (Саратовская БТШ), тоже численностью переменного состава в 600 курсантов. Начальником школы остался Спильниченко Семен Аввакумович, руководивший ею в разных ипостасях с 1926 года и уже ставший известным как автор книги 1928 года «Бронесилы». В 1931 году школа приняла по спецнабору 500 человек курсантов, а с 1932 года штатная ее численность составляла уже 800 человек. Основное предназначение школы – подготовка командиров танковых взводов, первый выпуск которых был произведен в 1933 году. Но еще в 1932 году было выпущено две тысячи человек младшего начальствующего состава (механиков-водителей танков), проходивших обучение при школе. Первыми боевыми машинами на вооружении школы были танки МС-1, в дальнейшем школа перепрофилировалась на Т-26.

Управление ВУЗ
№ 04807-сс 27.01.1931 г.
Начальнику Краснознаменной Саратовской школы переподготовки начсостава запаса РККА тов.Спильниченко

По распоряжению НКВМ вверенная Вам Саратовская школа должна быть переформирована в Броне-Танковую школу.
В соответствии с этим Вам надлежит:
1) Закончить переподготовку командиров запаса 15 февраля. Больше нарядов не будет.
2) Переформирование начать 15 февраля и закончить 1 июня с.г.
[...]
4) К 15 февраля послать в Ленинград на Броневые Курсы для переквалификации 30 преподавателей, срок обучения не более 3 месяцев.
5) К 5 февраля послать 50 человек красноармейцев во 2-й танковый полк для подготовки из таковых механиков-водителей. Срок обучения 4-5 месяцев.
[...]
Начальник УВУЗ ГУ РККА А.Тодорский


Тренажеры для наведения танковых пушек Саратовской бронетанковой школы.




Весной 1932 года, когда уже стали понятны планы по развертыванию в мотомехвойсках двух новых механизированных корпусов, шести отдельных механизированных бригад, танковых частей пехоты и конницы, создаются еще две школы: на базе стрелково-артиллерийской в Ульяновске и пехотной в Нижнем Новгороде. Как и у двух первых, Орловской и Саратовской, начальниками новых бронетанковых школ оставили уже занимавших эти должности в старых школах Жабина Николая Иванович и Живина Николая Ивановича.
Танками, изначально поступившими на вооружение школ, были первенцы советского танкостроения МС-1, но уже в начале 1933 года в Ульяновске их вытеснили танки БТ, а в Нижнем Новгороде (с 1932 года – Горьком) – танки Т-26.
На переформирование пехотных школ в бронетанковые отводился значительный срок, за это время преподаватели профильных дисциплин, которые еще недавно были пехотинцами, проходили переподготовку на бронетанковых курсах. Например, в 1930 году обучался на Ленинградских бронетанковых курсах им.Бубнова преподаватель Иваново-Вознесенской пехотной школы Белоглазов Алексей Степанович, ставший преподавателем Орловской бронетанковой школы. С февраля по май 1931 года прошел обучение на ЛБТКУКС преподаватель Саратовской школы переподготовки начсостава запаса Лавринович Вацлав Брониславович, оставленный преподавателем в новой бронетанковой школе. Прошел переподготовку на Московских КУКС мотомехвойск преподаватель той же школы, а затем командир батальона курсантов в ней Чупрыгин Даниил Семенович.

Подполковник Сизов Николай Сергеевич, руководитель (преподаватель) Саратовской школы переподготовки, а затем бронетанковой школы с 1928 года.




Строевой командный состав, командиры курсантских подразделений и т.п., как правило, переквалификацию не проходили, становились танкистами просто по факту службы в учебном заведении ММВ РККА. Командовал батальоном Иваново-Вознесенской пехотной школы еще с 1925 г. Арефьев Сергей Иванович, он же с 1930 года стал командиром курсантского батальона Орловской БТШ. Начальником штаба Нижегородской пехотной школы с 1931 года был Лямцев Анатолий Семенович, бывший командир стрелкового полка в 14-й сд, он остался на этой должности и в бронетанковой школе, прослужив там до 1936 года, переквалификацию на курсах тоже не проходил.
Назначались в школы и опытные специалисты, с тех же Ленинградских бронетанковых курсов, которые являлись не только основным центром переподготовки командных кадров, но и основным источником преподавательского состава для вновь формируемых ВУЗов мотомехвойск РККА.
Частично оставался в школах при переформировании и переменный состав, он менял профиль обучения и выпускался уже командирами-танкистами. Например, Ульяновская и Горьковская школы, как бронетанковые существовавшие только с весны 1932 года, в ноябре 1933 года должны были выпустить: первая – 62 курсанта «нормального» набора, принятых 1 октября 1930 года, вторая – 80 принятых 1 октября 1930 года и 145 принятых 1 мая 1931 года. Понятно, что поступили эти курсанты еще в пехотные школы, а оканчивали уже бронетанковые.

Курсанты Орловской бронетанковой школы. Некоторые еще с малиновыми петлицами Иваново-Вознесенской пехотной школы на воротниках рубах, в том числе с шифровками «ИВПШ». Около 1930 года.



Неизвестные курсанты Орловской бронетанковой школы им.Фрунзе. Июль 1932 года.



Практические занятия по переправе танка МС-1 в Орловской бронетанковой школе. Начало 1930-х годов.




Выпускники Ульяновской бронетанковой школы им.Ленина Н.И.Удалов, И.П.Кудряшов и А.Г.Зарубин. Май 1934 года.


.
.

Пулеметчики

Еще одна фотография с пулеметными эмблемами приехала.
Интересность ее, во-первых, в том, что очень четко виден пулемет (второго типа). Во-вторых, это не армия, а войска ОГПУ.



Выкадровка


.
.

Военная академия механизации и моторизации РККА им.Сталина. Часть III

С момента создания самостоятельной академии механизации и моторизации в нее продолжила набираться гражданская молодежь вообще без опыта службы, более того, среди них было немалое количество женщин! Первые такие слушатели были переведены в академию из автотракторного института им.Ломоносова, обращенного на формирование ВАММ, но гражданские лица, как мужчины, так и женщины, набирались в нее и в дальнейшем. Не имея служебных категорий среднего или старшего начальствующего состава, сначала такие слушатели носили в петлицах шифровки «ВАММ», «ВА» или вообще пустые красноармейские петлицы, затем получали категорию т-3 и соответствующие знаки различия – один квадрат.
Вспоминает слушатель первого набора генерал-полковник-инженер Толоконников Лев Сергеевич: «31 мая 1932 г. был подписано приказ Реввоенсовета о зачислении нас в ряды Красной Армии. Мы – это студенты военно-конструкторского и военно-промышленного факультетов Московского автотракторного института имени М.В.Ломоносова. [...] Вскоре нас одели в военную форму, на петличках которой вместо знаков различия был прикреплен трафарет ВАММ, что означало "Военная академия механизации и моторизации". Так 1 июня 1932 г. началась моя военная служба [...] Весной 1934 г. мы сдали экзамены и получили первое командирское звание – командир взвода».

Неизвестный слушатель одного из инженерных факультетов ВАММ им.Сталина, возможно, бывший студент гражданского ВТУЗ. Не имея категории начальствующего состава, носит в петлицах шифровку «ВА». Москва, 1935 год.



Слушатель ВАММ им.Сталина Колосов(?). 26 января 1934 г. Шифровка "ВАММ" на петлицах говорит о том, что он набран из гражданских лиц и не имеет категории среднего или старшего командного состава.



Из выпускного альбома промышленного факультета академии, куда так стремился гражданин И. - https://photo-collector.livejournal.com/77667.html. Москва, 1935 г.
Видно, что слушатели (и слушательницы) имеют по одному квадрату на петлицах, то есть уже получили первую свою категорию (видимо, т-3).




Кроме слушателей во вновь образованную академию в начале 1930-х годов попало множество гражданских преподавателей, в первую очередь из автотракторного института им.Ломоносова. Большинство преподавателей было зачислено в кадры РККА и получило соответствующие знаки различия по штатной категории. Сменили пиджаки на гимнастерки и надели петлицы с ромбами вчерашние гражданские люди, которые к армии не имели вообще никакого отношения, многие из них при переаттестации и присвоении персональных званий были переведены на положение вольнонаемного состава.
А всего же из автотракторного института (в том числе его Рабфака) было зачислено в кадр РККА 160 человек постоянного начальствующего состава и 977 переменного, то есть слушателей. По данным академии 1932 года (абсолютные числа несколько расходятся с информацией из исторического формуляра) порядка 56% слушателей никогда не служили в армии. Не лучше дела обстояли и с постоянным составом: «Профессорско-преподавательский состав перешедший из бывшего Автотракторного института, имеет большую техническую квалификацию при недостаточном знании основ военного дела, что требует особых мероприятий по военизации этого состава».

Профессор ВАММ им.Сталина Грачев Константин Федорович. Впоследствии начальник кафедры брони ВАММ на положении вольнонаемного состава.



Профессор ВАММ им.Сталина Кривоухов Василий Александрович, впоследствии начальник кафедры Московского станкоинструментального института.



Когда образовывалась академия механизации и моторизации, в нее набирали не только преподавателей профильных инженерных специальностей, таких как технология металлов, электрооборудования или двигателей, но и профессорско-преподавательский состав общевойсковых дисциплин, тактики мотомехвойск, службы тыла и т.п., необходимых для обеспечения учебного процесса на командном факультете. Основным источником для этого, кроме факультета механизации и моторизации ВТА им.Дзержинского (откуда перешли 23 руководителя (преподавателя) и 17 адъюнктов), стали кадры Военной академии РККА им.Фрунзе. Из нее пришли начальники циклов, кафедр и преподаватели (руководители), такие как Кирпичников Алексей Владимирович или Сухов Василий Гаврилович. Существенно пополнился штат руководителей за счет слияния с академией в 1933 году Московских курсов усовершенствования комсостава мотомехвойск РККА. Пришедшие оттуда преподаватели сами еще недавно относились к курсам «Выстрел».

Начальник оперативно-тактического цикла ВАММ им.Сталина Кирпичников Алексей Владимирович.



Первым начальником академии стал помощник командующего Белорусским военным округом Зонберг Жан Францевич, правда, уже в следующем году он был переведен на должность инспектора по военной работе ОСОАВИАХИМ при НКО СССР. А военную академию механизации и моторизации РККА возглавил пришедший с той же самой должности помощника командующего БВО Германович Маркиян Яковлевич.
Помощником по политической части начальника академии с момента ее образования и до 1935 года служил Петухов Иван Павлович, бывший помощник начальника Политуправления РККА. В феврале 1935 года его сменил секретарь Наркома обороны СССР Антонов Михаил Антонович, в 1920-ее годы бывший комиссаром 10-го стрелкового корпуса.
Начальником штаба академии в 1932 году был назначен преподаватель ВТА им.Дзержинского Рудинский Николай Сергеевич, бывший заместитель начальника штаба ЛВО.

Бывший помкомвойск БВО Германович Маркиян Яковлевич, в 1933-1936 годах начальник ВАММ им.Сталина.



Командиры и слушатели ВАММ им.Сталина на первомайском параде 1935 года. Впереди строя - начальник штаба академии Рудинский Николай Сергеевич.



Слушатели промышленного факультета ВАММ им.Сталина. С орденом Красного Знамени сидит начальник и военком факультета Соломко Сергей Трофимович, бывший ранее начальником политотдела особой кавалерийской бригады им.Сталина.


.
.

Военная академия механизации и моторизации РККА им.Сталина. Часть II

Еще на факультете механизации и моторизации Военно-технической академии им.Дзержинского существовали отделения командно-строевое и командно-техническое, готовившие соответственно командиров и военных инженеров. С самого начала существования факультета (с 1929 по 1930 год – автобронетанкового отделения ВТА им.Дзержинского) основным способом комплектования слушателями-инженерами стала мобилизация гражданских лиц.
Уже 28-29 ноября 1929 года для укомплектования автобронетанкового отделения комиссией при Ленинградском обкоме был произведен отбор студентов 3-го курса Ленинградского технологического института в количестве 25 человек. Как сообщал 8 января 1930 года начальник ВТА им.Дзержинского помощнику начальника мобилизационно-планового управления ВСНХ Шпекторову «Академия, не дожидаясь оформления, уже произвела обмундирование отобранных в военную форму и с 6-го сего января начала учебные занятия». Выпустились они в сентябре 1931 года и все, кроме двоих, оставленных адъюнктами на факультете (Барласова Льва Семеновича и Бершадского Григория Александровича), были направлены на работу в военную промышленность.
В октябре 1930 и октябре 1931 годов уже на мотомехфакультет были переведены 162 студента высших гражданских технических учебных заведений сходного профиля обучения (автодорожных, машиностроительных и т.п.).
Приказом РВС СССР № 992 от 25 ноября 1931 года на службу в РККА с зачислением слушателями 3-го и 4-го курсов факультета механизации и моторизации ВТА им.Дзержинского были определены 80 студентов Московских автодорожного и автотранспортного, Ленинградских автодорожного, машиностроительного и кораблестроительного, Харьковских автодорожного и машиностроительного институтов, Московского института сельскохозяйственного машиностроения, Ленинградского института механизации социалистического земледелия, института машиностроения имени М.И.Калинина.
Среди них был, например, студент Московского автотранспортного института Косарев Александр Иванович, который выпустился из ВАММ им.Сталина уже в мае 1934 года. Проучившись всего два с половиной года, он был назначен начальником мастерских 15-го механизированного полка 15-й кавалерийской дивизии Забайкальской группы войск ОКДВА.
Еще раньше, в 1933 году, окончил обучение в мотомехакадемии студент Ленинградского кораблестроительного института Петров (Петров-Горелько) Михаил Иванович. Он показал на службе в АБТВ РККА такие блестящие результаты, что в 1938 году был зачислен слушателем Академии Генерального Штаба, а по ее окончании занимал крупные штабные должности в танковых войсках. Про него я уже писал в ЖЖ - https://photo-collector.livejournal.com/39096.html

Бывший студент Харьковского машиностроительного института, с ноября 1931 года слушатель факультета механизации и моторизации ВТА им.Дзержинского Тимченко Федор Никитич. Впоследствии начальник научно-исследовательского отделения и младший преподаватель кафедры танков ВАММ им.Сталина.



Бывший студент того же Харьковского машиностроительного института Кузнецов Леонид Никифорович. Впоследствии инженер-полковник, начальник 3-го отдела мобуправления ГОУ ГШ.


.
.

И одна веселая история про академию

К предыдущему посту - https://photo-collector.livejournal.com/77454.html
Несмотря на всю анекдотичность, эта история произошла в реальности. И демонстрирует она не только дикость тогдашнего СССР, где были возможны подобные остапы бендеры, но и фантастическую популярность высшего вуза автобронетанковых войск. Люди стремились стать не киноартистами, а танкистами, слушателями академии имени Сталина! Даже прохиндеи.
Некто И. тоже очень хотел стать слушателем Военной академии механизации и моторизации. Но беда была в том, что просто так, с улицы в академию не принимали. Нет, гражданских лиц, как раз, принимали, но только из соответствующих технических вузов. А гражданин И. всего лишь работник одного из заводов и шансов законно попасть в академию не имел. Но желание примерить заветные черные петлицы было настолько велико, что И. решился на авантюру, достойную героев Ильфа и Петрова.
Гражданин И. позвонил в академию и представился Кировым. Да, просто Сергеем Мироновичем Кировым. Там только рты раскрыли от удивления, когда Сергей Миронович стал просить о приеме в академию некоего И. Но проверять никто не рискнул, возможно, даже мыслей таких не было.
От нашего героя потребовались документы для поступления. На заводе очень удивились, когда им позвонил сам Сергей Миронович и потребовал составить характеристику на работника И. для поступления того в академию. Характеристику я не читал, но думаю, составители не ударили в грязь лицом и полностью оправдали оказанное им товарищем Кировым доверие.
С характеристикой и другими документами гражданин И. прибыл в академию и был зачислен! И стал уже не просто гражданином И., а командиром И., слушателем промышленного факультета ВАММ им.Сталина.
Войдя во вкус, наш авантюрист решил таким же способом улучшить свое жилищное положение. Кто бы его ни прислал, рассчитывать он мог только на койку в общежитии академии, не более. И он начал выбивать себе отдельную комнату в Москве, видимо, через Моссовет, у меня точных данных нет.
И тут вся история вскрылась. Его арестовали. Из академии, конечно, тоже турнули.
Думаю, что если бы не наглость персонажа, то все бы у него выгорело. Окончил бы академию, надел бы шикарный стальной френч с черными петлицами. И никто бы, скорее всего, про эту историю с Кировым никогда не вспомнил. Но зарвался наш герой, получил к одиннадцати туза. Дальнейшая судьба И. мне неизвестна.

А слушатели промышленного факультета продолжили обучение уже без него.


.
.

Военная академия механизации и моторизации РККА им.Сталина

Давеча мы говорили о курсах технического усовершенствования высшего и старшего начсостава, что через них в танковые войска попадали представители других воинских "профессий", но это был, конечно, не основной канал поступления новых кадров. Гораздо больше их пришло, окончив высшее учебное заведение мотомехвойск – Военную академию механизации и моторизации РККА, с 1933 года носившую имя Сталина (ВАММ им.Сталина).
Сама академия была образована в 1932 году на базе факультета механизации и моторизации Военно-технической академии им.Дзержинского (ВТА им.Дзержинского), существовавшего с 1930 года, и Московского автотракторного института им.Ломоносова и первоначально имела четыре факультета: один командный и три инженерных (промышленный, конструкторский и эксплуатационный).
Впоследствии на командный факультет для получения высшего военного образования набирался начсостав из войск, уже имевший опыт службы и персональные звания с соответствующими знаками различия. Годы спустя командный факультет перестал быть «пропуском» в танковые войска, те, кто на нем проходили обучение, как правило, уже были танкистами.
А первоначально на факультет механизации и моторизации ВТА им.Дзержинского, а затем в ВАММ им.Сталина на командный факультет поступали военнослужащие из пехоты, конницы, артиллерии и т.д., что было вполне объяснимо, ведь численность мотомехвойск была невелика. Например, в списке кандидатов, отобранных окружной комиссией Ленинградского военного округа для приема на факультет механизации и моторизации ВТА им.Дзержинского, из 39 человек только трое служили в мотомехвойсках, остальные – в пехоте (9 человек), артиллерии (17 человек), железнодорожных войсках (6 человек) и инженерно-саперных частях (4 человека).

Слушатели факультета механизации и моторизации Военно-технической академии РККА им.Дзержинского. 1932 год.
Опознан только слушатель Панфилов Алексей Павлович (сидит второй справа, 10-я категория).




Слушатель ФММ ВТА им.Дзержинского или ВАММ изучают устройства станкового пулемета Максима. Один из них - Панфилов Алексей Павлович.



Слушатели ВАММ на полевом выходе. Один из них - Гетман Андрей Лаврентьевич.




Приказами РВС СССР № 0445 и 0446 от 25.11.31 г. 84 человека, лиц начальствующего состава РККА, были зачислены на первый курс факультета механизации и моторизации ВТА им.Дзержинского в ноябре 1931 г. Лишь несколько человек имели до поступления отношение к мотомеханизированным или авточастям, остальные были или пехотинцами, или артиллеристами, или кавалеристами, или связистами, в том числе и политработниками этих частей. Среди них: командир взвода 8-го кавалерийского полка Альбов Федор Васильевич, командир саперно-маскировочного взвода 8-го Кавказского стрелкового полка Аргузов Михаил Владимирович, командир 75-й батареи береговой обороны Черного моря Биберган Давид Абрамович, помощник командира батареи 1-го корпусного артиллерийского полка Божко Пантелей Ефимович, ответственный секретарь бюро ВКП(б) Военно-топографической школы Былич Григорий Иванович, курсовой командир Закавказской пехотной школы Горнашевич Иван Григорьевич, командир роты 22-го отдельного пулеметного батальона Гуревич Хаим Менделевич, командир прожекторного взвода 20-го авиационного парка Задорожный Петр Петрович, командир роты 1-го железнодорожного полка Леонов Михаил Трофимович, начальник 4-го сектора политуправления ПриВО Соловой Сергей Авдеевич и другие.
В данном случае мы имеем дело с т.н. «индивидуальными» переходами, когда командиры персонально отбирались для обучения в высшем ВУЗе нового рода войск или сами изъявили такое желание.
Таким образом, через мотомехакадемию попали в танковые войска, это лишь некоторые примеры (год поступления в академию, с какой должности пришел, на какую должность назначен):
Гетман Андрей Лаврентьевич - 1932 - Начальник полковой школы 121-го сп 41-й сд - Начальник 5-го отдела штаба 7-го мк
Гриценко Дмитрий Максимович - 1933 - Помощник командира дивизиона 99-го ап 99-й сд - Начальник 1-го отделения штаба 31-й мбр
Иванов Сергей Алексеевич - 1933 - Начальник штаба 5-го зенитно-артиллерийского полка - Начальник штаба 17-й мбр
Кульвинский Павел Васильевич - 1933 - Помощник командира батареи Омской пехотной школы - Начальник штаба утб 13-й мбр
Мальцев Семен Петрович - 1933 - Начальник строительства Балаклеевского артиллерийского завода - Ид начальника 1-й части штаба 8-й мбр
Меньшов Василий Владимирович - 1930 - Командир батареи 105-го сп 35-й сд - Начальник штаба тб 9-й мбр
Митрофанов Василий Андреевич - 1933 - Начальник штаба 13-го сп 3-й Туркестанской сд - Начальник 2-го отдела штаба 15-го тк
Орленко Тимофей Семенович - 1931 - Ид начальника полковой школы кп - Командир тб 13-й мбр
Панфилов Алексей Павлович - 1931 - Помощник военного прокурора ЛВО - Военный комиссар НИАБТ полигона
Потатурчев Андрей Герасимович - 1930 - Командир дивизиона 118-го ап - Командир утб 5-й тбр
Пупко Леонид Геннадьевич - 1931 - Помполит батареи адн 82-го сп 28-й сд - Начальник штаба 1-й тбр
Рабинович Леонид Юделевич - 1931 - Политрук роты 137-го сп 46-й сд - Адъютант старший 1-го тб 5-й тбр
Романов Вадим Гаврилович - 1932 - Начальник участка 51-го управления строительных работ - Командир 31-го мп 31-й кд
Рудченко Григорий Сергеевич - 1933 - Начальник 3-й части штаба 17-го ск - Старший преподаватель тактики Ярославского АТУ
Семенюк Михаил Андреевич - 1931 - Командир батареи артдивизиона 44-го сп 15-й сд - Командир отб 70-й сд
Серов Александр Михайлович - 1931 - Курсовой командир военно-теоретической школы летчиков - Начальник штаба 31-го мп 31-й кд
Синенко Максим Денисович - 1931 - Военный комиссар 100-го ап 100-й сд - Командир тб 19-й мбр
Скляров Иван Андреевич - 1931 - Курсовой командир 2-й Ленинградской артшколы - Начальник штаба 30-го мп 30-й кд
Чернобай Семен Панкратьевич - 1931 - Помощник начальника связи СКВО - Командир 8-го мп 8-й кд
Черняховский Иван Данилович - 1931 - Командир батареи 17-го кап - Начальник штаба тб 8-й мбр
Чистяков Константин Константинович - 1933 - Начальник полковой школы 73-го кп 8-й кд - Командир 7-й мббр
Швецов Константин Федорович - 1935 - Командир учебного батальона 170-го сп 57-й сд - Помощник командира 21-й тбр

Пупко Леонид Геннадьевич в бытность преподавателем Харьковского бронетанкового училища.



Из генеральского альбома. Скляров Иван Андреевич



Из генеральского альбома. Чистяков Константин Константинович



Начальник штаба 10-й танковой дивизии подполковник Породенко Владимир Сергеевич. В 1931-1936 гг. - слушатель ВТА им.Дзержинского и ВАММ им.Сталина. В академию пришел с должности преподавателя школы Червонных старшин.


.
.

Знаки различия курсантов училищ службы снабжения горючим КА и СА в 1930-1950-е гг.

Легко и приятно писать про знаки различия какого-нибудь основного рода войск. Даже если там и есть какие-то загадки - это, все равно, несколько другое, нежели описывать то, что не имело оформленных нормативными актами правил. И само еще толком не оформилось ни в какую службу или состав.
Возьмем для примера снабжение горючим Красной Армии. Служба проделала очень долгий путь от осознания важности снабжения армии ГСМ до отличия ее собственными эмблемами на форменной одежде. И долгие периоды никак вообще, никакими отличительными признаками не выделялась из армейской массы.
Я писал про них в «Сталинских танкистах», поскольку поначалу они довольно тесно были связаны с танковыми войсками. Было много назначений из АБТВ в снабжение горючим и обратно, даже самим центральным органом - Управлением снабжения горючим КА (УСГ КА) руководил танкист генерал Котов.
Начальствующий состав готовился в военных училищах: для ВВС - в авиационно-технических, для остальных - в танковых. Это лейтенанты. А высшее военное образование специалисты службы снабжения горючим получали в Военной академии механизации и моторизации РККА, где перед войной существовал специальный факультет для них.
Это все непосредственно отражалось и на форме одежды военнослужащих. Те, кто пришел из танковых войск, носили знаки различия АБТВ, в том числе и танковые эмблемы в петлицах. В ВВС соответственно - авиационную эмблему. Военно-технический состав в любом случае должен был носить эмблемы своего состава (перекрещенные ключ и молоток) на петлицах по роду войск (черные с красным кантом в АБТВ и голубые с черным кантом в ВВС). А в снабжении горючим и в соответствующих вузах проходил службу и командный, и военно-технический, и даже административно-хозяйственный состав.
Перед войной в АБТВ КА вузом, где готовились специалисты снабжения горючим, было 1-е Саратовское танковое училище. При переходе в 1940 году на новый штат № 17/939 требовалось иметь один курсантский батальон техников ГСМ. К началу Великой Отечественной войны 1-е Саратовское танковое училище содержалось по штату № 17/102, который тоже предусматривал один батальон техников по ГСМ.
Командирами батальона были военинженер 1 ранга Шевченко Иван Наумович (с 26 декабря 1939 по 4 сентября 1940 г.) и подполковник Кузнецов Георгий Иванович (с 5 октября 1940 г.). Преподавателями ГСМ - полковник Ершов Василий Иванович (с 26 декабря 1939 г.), майор Красиков Иван Васильевич (с 26 декабря 1939 г.), военинженер 3 ранга Гальперин Соломон Львович (с 16 февраля 1940 г.) и выпускница ВАММ им.Сталина воентехник 1 ранга Носова Вероника Кузьминична (с 26 декабря 1939 г.). Необходимо отметить, что в службе ГСМ было относительно много военнослужащих-женщин еще в мирное время.
Не очень понятно, что стало с техниками ГСМ после перехода в 1942 г. училищ на новые штаты военного времени. Но уже в августе 1943 г. батальон техников ГСМ появился в 3-м Саратовском училище бронетранспортеров и бронемашин.
Достоверных курсантов, обучавшихся в училищах ВВС и АБТВ по профилю именно ГСМ у меня нет, есть только слушатели академии, но по тогдашним правилам ношения формы одежды курсантов вузов в любом случае полагалась бы эмблема рода войск, независимо от состава. Как ни удивительно, курсанты училищ, готовивших военных техников, и даже слушатели инженерных факультетов академий, уже имевшие персональные звания инженерно-технического состава, все равно носили эмблемы рода войск. В случае АБТВ - это танки.

Выпускник 1-го Саратовского танкового училища воентехник 2 ранга Тазитдинов Хусаин Мифтахович. Апрель 1941 г. Судя по дальнейшей биографии, а служил он на складе горючего № 608 Забайкальского ВО (фронта), мог быть в числе тех, кто обучался по специальности техника ГСМ. Френч у них был один на всех для фотографирования перед выпуском, поэтому не надо удивляться золотым командирским галунам на петлицах при эмблемах военно-технического состава.




В дальнейшем организация службы снабжения горючим менялась. Изменилась и система подготовки кадров. Еще в годы Великой Отечественной войны факультет ГСМ был выведен из академии бронетанковых войск. После войны был образован специальный вуз для подготовки инженеров службы снабжения горючим с первичными офицерскими званиями.
Приказом Министра Вооруженных Сил СССР № 081 от 24 октября 1947 г. было сформировано военно-техническое училище ГСМ. Сначала оно располагалось в Черновцах, с 1949 г. - в Виннице, а с 1960 г. - в Ульяновске.
Военно-техническое училище содержалось по штату № 17/784 на 300 курсантов. Функционировали также курсы усовершенствования офицерского состава на 100 слушателей. В училище готовились офицеры-техники по горюче-смазочным материалам для работы на должностях: начальников снабжения горючим частей и подразделений всех родов войск, начальников регенерационных пунктов, войсковых складов горючего, лаборантов складов и лабораторий службы снабжения горючим.
Срок обучения в вузе для курсантов устанавливался в три года, но занятия в 1947/48 учебном году должны были начаться только с 1948 г., первый выпуск состоялся в 1950 году.
Начальником училища в 1948 году был назначен полковник Лашко Иван Романович, который пробыл в этой должности до 1961 года. 18 февраля 1958 г. ему было присвоено звание генерал-майора. К службе снабжения горючим он не имел никакого отношения, до войны служил в автобронетанковых войсках, затем в автомобильных. До назначения был начальником Орджоникидзевского автомобильного училища и командиром 20-го учебного автомобильного полка.
Имея несколько подборок фотографий из Винницкого военно-технического училища снабжения ГСМ, могу с уверенностью утверждать - с момента формирования и до середины 1950-х гг. курсанты училища носили на погонах эмблемы бронетанковых и механизированных войск в виде танка. Несмотря на то, что училище уже никакого отношения к БТМВ не имело, все равно по традиции использовалась та же эмблема, что и службой снабжения ГСМ в довоенный период. Не всеми и не всегда, встречались и пустые погоны, но частью курсантов - однозначно.

Курсанты первого набора Винницкого училища снабжения ГСМ (1948-1950 гг.) как с эмблемами АБТВ на погонах, так и без них. На первом фото курсант Гусев Валентин Иванович (1925 г.р.).






Выпускник училища техник-лейтенант Бесхлебнов Андрей Данилович (1926 г.р.). 1950 г.




Судя по этому снимку и групповому с преподавателями (курсовыми командирами), в училище командование довольно лояльно относилось к мелким нарушениям формы одежды, в том числе самодельным погонам.






В таком случае и погоны должны были соответствовать своей расцветкой бронетанковым войскам, то есть быть с полем черного цвета и красной окантовкой. Поскольку вуз готовил военных техников, курсантские галуны и сержантские нашивки должны были быть белого цвета (серебристые).

Курсанты Винницкого военно-технического училища в летней парадной форме одежды. 1950 г.




Если судить по выпускной «виньетке» первого набора (выпуск 1950 года), среди преподавателей единства в знаках различия тоже не было. Встречались погоны с танковыми эмблемами, эмблемами артиллерии и вовсе без эмблем.
Подобное наблюдалось и позднее. В выпускном альбоме курсанта училища (выпуск 1960 года) еще большее разнообразие эмблем у преподавателей - бронетанковых войск, артиллерии, авиации, пехотные, химические... Однако сами выпускники, новоиспеченные техники-лейтенанты, обмундированные по форме одежды офицерского состава образца 1958 года, снялись с «техническими» эмблемами на петлицах - перекрещенными французским ключом и молотком.
Сначала вроде бы практически забытая в ходе реформы 1943 года техническая эмблема довольно быстро начала завоевывать все новые и новые позиции. Сначала она полагалась химическим войскам (войскам химической защиты). Потом в 1944 г. к ним добавилась авиационно-техническая служба ВВС. Причем в постановлении фраза об эмблеме сформулирована таким образом, что не оставляет сомнений - такую же эмблему уже носил инженерно-технический состав интендантской службы (общевойсковых служб). Логика введения им эмблемы понятна - до 1943 г. общевойсковые военинженеры, как и весь остальной военно-технический состав родов войск, использовали единую эмблему обр. 1936 г. После 1943 г. инженерно-технический состав родов войск стал носить эмблемы, такие же как командный состав, но «обратного» прибора, кроме ВВС, где была собственная эмблема для ИТС. Получилось, что у общевойсковых инженеров эмблемы не стало, поскольку пехота таковой не имела. Вполне логичным решением стало распространение на инженерно-технический состав общевойсковых служб их прежней эмблемы. Неизвестно только, кто и когда ее для них установил.
В первых послевоенных правилах ношения военной формы одежды офицерами (1955 года) эмблема в виде ключа и молотка предназначалась, если не учитывать ВМФ, - офицерам химических войск и инженерно-техническому составу общевойсковых служб. И наконец в 1956 году выходят первые послевоенные правила ношения для солдат, сержантов и курсантов. Вот там уже явно указано, что данная эмблема предназначается для военно-технических училищ (оставаясь при этом эмблемой химических войск). Под военно-техническими училищами подразумевалось единственное училище ГСМ и такое же единственное пожарное училище Советской Армии.
Таким образом, с 1956 года официально установленной эмблемой курсантов Винницкого военно-технического училища стали перекрещенные ключ и молоток золотистого цвета. Теми же правилами ношения была установлена расцветка курсантских погон в этом училище. Поле погон должно было быть черного цвета, такого же черного цвета окантовка и белые галуны, в том числе сержантские нашивки.
Аналогичная расцветка погон и аналогичные по рисунку эмблемы (но уменьшенного размера) полагались курсантам военно-технических училищ согласно новым правилам ношения 1958 года.
На шинели и других предметах форменной одежды, подразумевавших ношение петлиц (кроме парадно-выходного мундира), эмблемы еще с 1955 года размещались на петлицах, а погоны носились без них.

Курсанты Винницкого военно-технического училища имени Богдана Хмельницкого в форме одежды согласно правилам ношения 1958 года. Не позднее 1960 г.




Лист из альбома выпускника Винницкого военно-технического училища техника-лейтенанта В.А.Сидельникова. 1960 г. Все выпускники на петлицах офицерской формы имеют эмблему училища.



Ношение эмблемы продолжилось в училище (передислоцированном в 1960 году в Ульяновск) и в дальнейшем, согласно правилам ношения 1969 года, но это уже предмет отдельного разговора. Не будем пока выходить за очерченные хронологические рамки.
.
.

Зобин Богумил Иосифович (124-й артиллерийский полк)

Вчера я показал интересный снимок слушателей Академических курсов технического усовершенствования начсостава при Военно-технической академии РККА - https://photo-collector.livejournal.com/76607.html
В основном атрибутирование проводил по архивным снимкам (в том числе с памяти народа), но одно фото из моей коллекции.
На нем личный состав 124-го отдельного артиллерийского полка УВО. В центре с орденом Красного Знамени - командир полка Зобин Богумил Иосифович. Волчанск (УВО), октябрь 1934 г.



В 1930-1931 гг. он обучался на АКТУС при ВТА им.Дзержинского и по окончании был назначен командиром сформированного в 1931 году в УВО 124-го артполка.
Не очень понятно, что делал на АКТУС (факультета механизации и моторизации) командир артиллерист. Кроме него был еще командир артиллерийского дивизиона Кригер-Лебедь Александр Николаевич.
Предполагаю, что первоначальная примерная разнарядка по слушателям существовала уже в 1930 году. И оба - Зобин и Кригер-Лебедь готовились для артиллерийского полка механизированной бригады (один командиром полка (к-9), а второй или помощником или начальником штаба (к-8)). Но учились они на курсах так долго, что за это время механизированная бригада перешла вместо полковых на батальонные штаты и должность ликвидировалась. Поскольку других аналогичных в мотомехвойсках на тот момент не было, Зобина и Кригер-Лебедя назначили в новые артиллерийские полки.
.
.

Академические курсы технического усовершенствования начсостава РККА при Военно-технической академии

При Военно-Технической Академии РККА им.Дзержинского функционировали академические курсы технического усовершенствования (АКТУС). В них существовали такие же отделения, как и факультеты в академии. Было свое отделение и у созданного в 1930 году факультета механизации и моторизации.
В 1932 г. на базе факультета была образована самостоятельная Военная академия механизации и моторизации РККА. Но отделившиеся курсы технического усовершенствования мотомехвойск продолжили существовать и в ней.
В первые годы АКТУС выполняли по сути те же функции, что и Ленинградские и Московские курсы усовершенствования комсостава, то есть переподготавливали начсостав разных родов войск для службы в мотомеханизированных. Отличие заключалось в том, что слушатели АКТУС при ВТА и ВАММ набирались из высшего и старшего состава, а не старшего и среднего, как на тех курсах.
Еще одним направлением работы АКТУС было усовершенствование начсостава мотомехвойск, тоже высшего и среднего.
Курсы технического усовершенствования были упразднены в 1936 году при переходе академии на новые штаты.
Путем переквалификации на АКТУС при ВТА им.Дзержинского и ВАММ им.Сталина попали в мотомеханизированные войска и стали танкистами, например: Богданов Федор Яковлевич (начальник школы 7-го механизированного корпуса и командир 11-й механизированной бригады), Кампан Василий Антонович (командир 12-го механизированного полка 12-й кавалерийской дивизии), Лещев Иван Александрович (командир 10-го механизированного полка 10-й кавалерийской дивизии), Розе Ян Янович (командир 1-го территориального танкового батальона), Гапонов Сергей Петрович (начальник штаба школы бригады им.Калиновского) и другие.
Первый выпуск АКТУС при ВТА (по факультету механизации и моторизации) состоялся в августе 1931 г. Окончили обучение 20 человек высших и старших командиров, назначенных командирами автоброневых дивизионов и механизированных полков кавалерийских дивизий, в центральный и окружной аппарат мотомехвойск, помощниками по технической части командиров полков и батальонов...

Хотя я собирался публиковать только фотографии из своей коллекции, жизнь вносит свои коррективы. Коллега по увлечениям предоставил снимок, который ну невозможно не показать. С одной стороны он интересен сам по себе, на нем довольно интересные персоналии, с другой - отличная иллюстрация к работе о становлении советских танковых войск и о переквалификации в танкисты. Кроме того, - это хороший пример атрибутирования исторической фотографии, о котором я написал уже в ЖЖ немало.
То, что на снимке слушатели АКТУС при ВТА, признаюсь, понял не сразу. Сначала были мысли о 6-м мехполку или 4-й мехбригаде, которыми командовал Павлов. А узнал я сразу только его одного.
Вторым опознанным был Ганьшин и после этого все стало на свои места. Совмещение их биографий однозначно указало на точку пересечения - АКТУС при ВТА, которые оба окончили в августе 1931 г.
Дальше дело пошло веселее. Вооружившись списком окончивших курсы, я смог определить большинство изображенных на снимке, с разной степенью уверенности.
Несколько человек осталось неопознанными. Во-первых, у меня нет фотографий нескольких слушателей - Попова и Факторовича (репрессированы), Шабунина, Якубовича и Кригер-Лебедя (УПК без фото). Во-вторых, часть изображенных не принадлежит к учебной группе и является кем-то еще, возможно, командирами с факультета или курсов. Я думаю, что разделить их можно по обмундированию - большинство опознанных слушателей в комбинезонах (без только Зобин).



Итак, на фото по моему мнению:
1. Павлов Дмитрий Григорьевич, назначен командиром № механизированного полка (6-го мп 6-й кд).
Впоследствии начальник АБТУ КА и командующий войсками Западного фронта. Генерал армии. Репрессирован.



2. Долгат Гамид Гамидович, назначен командиром № механизированного полка с присвоением к-10 (вероятно 7-го мп 7-й кд).
Где служил впоследствии, не знаю. Репрессирован.



3. Ганьшин Вячеслав Иванович, назначен помощником начальника АБТВ ПриВО.
Впоследствии преподаватель ВАММ, начальник штаба 7-го механизированного корпуса и заместитель начальника штаба 2-й гвардейской танковой армии. Генерал-майор танковых войск.



4. Зобин Богумил Иосифович, назначен командиром артиллерийского полка РГК (124-го ап РГК).
Впоследствии командир 200-й стрелковой дивизии. Полковник.



5. Клочков Иван Иванович, назначен старшим инженером 5-го сектора ТУ УММ РККА.
Впоследствии начальник бронетанкового ремонтного завода № 8. Генерал-майор инженерно-танковой службы.



6. Мостовенко Дмитрий Карпович, назначен командиром № танкового полка (4-го тп).
Впоследствии командующий БТМВ Западного фронта и Войска Польского. Генерал-полковник танковых войск.



7. Лисицын Иван Алексеевич?, назначен помощником начальника 1-го сектора штаба УБП РККА.
Впоследствии начальник Центрального архива РККА. Полковник. Репрессирован.



8. Ветлицын Григорий Григорьевич?, назначен командиром автобронедивизиона № механизированного полка (6-го мп 6-й кд?).
Впоследствии помпотех 1-го гвардейского механизированного корпуса. Полковник.



9. Чернояров Николай Андреевич, назначен помощником по хозяйственно-технической части командира № территориального танкового батальона (1-го тер.тб СКВО).
Впоследствии командующий БТМВ 4-й гвардейской, 38-й, 40-й, 32-й армий. Полковник.



10. Селезнев Кузьма Федорович, в распоряжение ОГПУ.
Впоследствии командир 31-й гвардейской механизированной бригады. Генерал-майор.



11. Гринберг Вилле Янович, назначен командиром отдельного учебного автобронедивизиона ЛБТКУКС.
Впоследствии начальник отдела тыла 12-го механизированного корпуса и начальник штаба 26-й танковой бригады. Полковник. Пропал без вести в ноябре 1941 г.



12. Галкин Василий Николаевич, назначен командиром 3-го отдельного автобронедивизиона.
Впоследствии заместитель начальника Киевского танко-технического училища. Полковник.



13. Волох Петр Васильевич?, назначен командиром № отдельного территориального танкового батальона (1-го тер.тб СКВО).
Впоследствии командующий БТМВ Юго-Западного фронта. Генерал-лейтенант танковых войск. Погиб 25.08.43 г.



14. Огурцов Сергей Яковлевич?, командиром автобронедивизиона № механизированного полка (абдн 7-го мп 7-й кд).
Впоследствии командир 10-й танковой дивизии. Генерал-майор. Погиб в партизанском отряде.



15. возможно Садовский Станислав Петрович?, назначен помощником по технической части № командира полка механизированной бригады (видимо в связи с изменением штатов 1-й мбр назначен командиром батальона бригадной школы).
Впоследствии начальник Полтавского танкового училища. Генерал-майор танковых войск.



16, 17 и 18 - кто-то из неопределенных слушателей:
- Попов Сергей Алексеевич, назначен командиром № полка механизированной бригады с присвоением к-10 (легкого полка мбр)
- Факторович Михаил Сергеевич, назначен помощником начальника АБТВ МВО
- Шабунин Николай Николаевич, назначен помощником по хозяйственно-технической части командира 3-го танкового полка
- Кригер-Лебедь, назначен помощником командира № артиллерийского полка РГК (137-го ап РГК)
- Якубович Иван Иосифович, назначен помощником по хозяйственно-технической части командира № территориального танкового батальона
19 и 20 имеют по одному ромбу (к-10) и эмблемы мотомехвойск, то есть однозначно не принадлежат к слушателям (те в основном носят петлицы по старым должностям в пехоте и коннице). Определить пока не удалось, но буду пытаться, шансы есть.
.
.

"Броневики"

И еще о терминологии.
Иногда, когда речь идет о ранних периодах истории войск, я использую выражение «броневик». В данном случае броневик – это не бронеавтомобиль, а человек, военнослужащий броневых частей. Поскольку основу бронесил РККА составляли бронепоезда и бронеотряды, а число танков было ничтожно, неудивительно, что военнослужащих называли не танкистами, а броневиками.
В конце 1920-х годов, когда началось массовое производство танков и количество танковых частей стало обгонять количество броневых, старались разделять броневиков и танкистов, не смешивая их в одну кучу. Однако как обобщающее понятие для определения военнослужащих войск (сил) в ранний период, в том числе и танковых частей, слово броневик вполне подходит и мною используется.

В годы гражданской войны и сразу после нее танкистов вполне могли называть "броневиками".
Исполняющий должность военного комиссара 5-го танкового отряда Черешнев Прокофий Иванович. Москва, Петровский путевой дворец, 13 октября 1922 г.



Интересно было разобрать, что у него за знаки различия на нарукавном клапане обмундирования образца 1922 года. Сложность в том, что клапан в бронечастях был положен красного цвета. И такого же красного цвета - нашивки по должностям командного и политического состава. Поэтому все сливается, особенно на черно-белых фотографиях. Попытался поиграться с яркостью/контрастностью, вроде бы три квадрата (а может и четыре).


.
.