Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Верхний пост. Мои публикации

1. Дриг Е.Ф. Сталинские танкисты. Организация войск, прохождение службы, униформа. - М.: Фонд "Русские Витязи", 2020.



Рецензии, отзывы, комментарии:
https://ioncore.livejournal.com/64832.html
https://yuripasholok.livejournal.com/12879369.html
https://www.livelib.ru/history/post/58990-stalinskie-tankisty-ot-evgeniya-driga
Совершенно шикарный комментарий найден тут: https://www.diary.ru/~EricMackay/p219663133.htm - "Этой книги не будет в научном и любительском обороте"


2. Дриг Е.Ф. Войска Семена Михайловича. История организационного строительства стратегической конницы РККА. - М.: Фонд "Русские Витязи", 2019.

Дриг Войска Семена Михайловича.jpg

Рецензии, отзывы, комментарии:
https://paul-atrydes.livejournal.com/158699.html
https://www.livelib.ru/history/post/41161-strategicheskaya-konnitsa-rkka-ot-evgeniya-driga
https://vif2ne.org/rkka/forum/0/co/123577.htm
https://ioncore.livejournal.com/48334.html
https://eugen-pinak.livejournal.com/18979.html

Collapse )
.
.

И снова о высшей вневойсковой подготовке

Я уже несколько раз касался этого вопроса: тут - https://photo-collector.livejournal.com/2330.html и тут - https://photo-collector.livejournal.com/9319.html. Но поскольку тема совершенно неизвестная и никем вроде толком не исследованная, лишним не будет и третий раз пройтись.
Тем более я зайду с другой стороны, а именно - с самого начала.

После гражданской войны армия была сильно сокращена и не могла пропускать через себя весь контингент соответствующих годов рождения. Встал вопрос, как готовить к войне тех, кто на срочную службу в кадровые или даже территориальные части попасть не может (оставшийся излишек). Для них была придумана вневойсковая подготовка в соответствующих учебных центрах по месту жительства.
Точно так же, как и призванные в кадровые и территориальные части, они проходили действительную службу в течение 5 лет, которая состояла из сборов и отпусков между ними. Во время сборов они считались состоящими в рядах РККА.

Но среди тех, кто не призывался на срочную службу и проходил вневойсковую подготовку были и студенты ВУЗов. Готовить из них них красноармейцев было бы совсем нерационально, это же намного более образованный контингент, чем основная безграмотная красноармейская масса. И из них стали готовить средних командиров с первичными категориями, то есть тех, кто носил один квадрат в петлицах и в пехоте занимал должность командира взвода. По сути тех же командиров, что и нормальные школы, но те выпускали начсостав в войска, в студенты, как правило, направлялись в запас.

В отличие от просто вневойсковой подготовки это все называлось "Высшая вневойсковая подготовка" (ВВП). ВВП заменяла собой срочную службу в кадрах и официально являлась действительной военной службой. Кроме того, по ее окончании студенты становились командирами РККА, а не красноармейцами.
Состояла ВВП из теоретического курса в ВУЗе и сборов в войсковых частях (лагерях). По окончанию сборов студенты держали испытания на командиров запаса и большая часть получала свои законные квадраты в петлицы. Которые, правда, в запасе они носить не могли. Теоретически дальше они могли продолжать службу в армии, но как и в случае со спецнаборами (https://photo-collector.livejournal.com/79276.html), наверно, они не для этого шли в институты.

ВВП была не во всех ВУЗах. Их список устанавливался особо, сначала РВС СССР, потом ГУВУЗом. Студенты тех заведений, которые были лишены этого удовольствия, призывались в РККА, но всего на один год. Их так и называли "одногодичники". Одногодичники тоже могли потом стать командирами запаса, если выдерживали соответствующие испытания.

У высшего армейского руководства руки дошли до этого вопроса в 1926 году. Подготовка студентов обсуждалась на заседании РВС СССР 3 августа 1926 г. В повестке, докладчиком по которой был начальник управления ВУЗ ГУ РККА Путна Витовт Казимирович, это именовалось "высшей допризывной подготовкой". Поскольку каникулы заканчивались и маячил новый учебный год, требовалось как можно скорее решить этот вопрос и в резолюции значилось:
"1. Обратиться с ходатайством к Правительству в самом срочном порядке утвердить декрет о проведении военного обучения в гражданских вузах и ком.вузах.
2. Намеченный УВУЗ план /122 вуз, 16 ком.вуз и 2 техникума морской и связи/ и масштаб работы по проведению военного обучения в гражданских учебных заведениях на 1926/27 уч.год утвердить"
.

ЦИК и СНК СССР утвердили "Положение о порядке прохождения высшей допризывной военной подготовки и действительной службы в РККА гражданами, обучающимися в вузах и техникумах и окончивших их" 20 августа 1926 г.

Но еще 13 августа 1926 г. приказом РВС СССР № 455 были учреждены в гражданских ВУЗах для проведения высшей вневойсковой подготовки в них ("для проведения военного обучения") должности военных руководителей и заведующих кабинетами (согласно списку ВУЗов).
Военруки были отнесены по своему служебно-правовому положению к комсоставу 10-й категории (командир неотдельной бригады), а заведующие кабинетами - к административному составу 6-й категории (помощник начальника части низшего оклада окружных управлений). В скобках приведены типовые должности командного и административного составов согласно положению о прохождении службы 1924 года.

К приказу прилагался список ВУЗов. 16 коммунистических: Университет им.Свердлова, Университет нацменьшинств Запада им.Мархлевского, Университет трудящихся Востока им.Сталина и другие; 121 "обычный" ВУЗ: Эриванский университет, Средне-Азиатский государственный университет, Тифлисский государственный университет, Витебский государственный ветеринарный институт, Каменец-Подольский сельскохозяйственный институт, Житомирский институт народного образования, Одесский институт народного хозяйства, Дальневосточный университет, Астраханский медицинский институт и другие. Если кому интересно, пишите в комментариях, дам полный список вузов.

В дальнейшем сеть гражданских ВУЗов, охваченных ВВП, в основном только расширялась.
Приказом РВС СССР № 647 от 25 октября 1926 г. должности военных руководителей были введены еще в трех ВУЗах: Московском техникуме связи Наркомпочтеля, Ленинградском техникуме водного транспорта и Киевском кооперативном институте. По сути это означало приобщение этих учебных заведений к ВВП.
Приказом РВС СССР № 653 от 27 октября 1926 г. должность военрука была добавлена в Московском институте инженеров транспорта.
Приказом РВС СССР № 54 от 3 февраля 1927 г. из списка "военизированных" ВУЗов исключалось восемь заведений: Харьковский музыкальный институт, Киевский музыкально-драматический институт, Одесский музыкальный институт, Эриванская консерватория, Тифлисский педагогический институт, Бакинский педагогический институт, Азербайджанская государственная консерватория, Бакинская высшая художественная школа. Надо полагать, идея военизировать консерватории и музыкальные институты, несколько разошлась с реальностью... Тем же приказом был введен военрук в Казакском педагогическом институте, находившемся в Ташкенте.
Согласно приказу РВС СССР № 449 от 1927 г. ВВП проводилась всего в 131 гражданском ВУЗе.
Приказом РВС СССР № 237 от 24 июля 1928 г. к ним добавлялись 18 учебных заведений, список которых должно было установить ГУ РККА (то есть УВУЗ).
Приказом РВС СССР № 270 от 5 сентября 1929 г. список пополнился еще 20 ВУЗами.
Согласно приказу РВС СССР № 323 от 19 октября 1929 г. к ним добавлялись 32 гражданских ВУЗа. Как и в предыдущих, самого списка включаемых в ВВП ВУЗов в приказе не было, только количество.
И т.д. Дальше списки ВУЗов, как и специализация (а они все относились к конкретным родам войск и готовили командиров определенных специальностей) уже не утверждались приказами РВС СССР. Материалы по этому вопросу можно найти в делах УВУЗ РККА, я их и находил, но это тема отдельного исследования, которым я лично пока заниматься не планировал.

По состоянию на январь 1928 год все военруки есть в уже довольно широко известном справочнике комсостава РККА. В крупных городах типа Киева и Ленинграда, где была масса военизированных ВУЗов, существовала должность военрука всех ВУЗов, как я понимаю, занимающий ее носил две шпалы по 11-й категории (к-11). Например, в Ленинграде военруком всех ВУЗов был К.П.Артемьев, в Киеве - В.А.Ольдерогге, в Москве - В.Л.Барановский, в Одессе - Н.Ф.Шереметьев, в Харькове - А.П.Мултановский.

СПИСОК ВОЕНИЗИРОВАННЫХ ВУЗОВ НА 01.28 Г.:
Азербайджанский государственный университет им.В.И.Ленина (Баку) - Беков Борис Константинович.
Азербайджанский политехнический институт им.Азизбекова (Баку) - Скворцов Василий Власович.
Астраханский государственный медицинский институт им.Луначарского - Пашин Павел Алексеевич.
Белорусская сельскохозяйственная академия им.Октябрьской революции (Горки) - Немченков Михаил Иванович.
Белорусский государственный университет (Минск) - Петров Михаил Михайлович.
Витебский государственный ветеринарный институт - Сафонов Анатолий Николаевич.
Воронежский государственный университет - Карпов Александр Константинович.
Воронежский сельскохозяйственный институт - Макулович Александр Иванович.
Вятский педагогический институт им.Ленина - Караваев Валентин Петрович.
Горский сельскохозяйственный институт (Владикавказ) - Тасуй Федор Ефимович.
Государственный университет ССР Армении (Эривань) - Араратов Христофор Герасимович.
Дальневосточный государственный университет (Владивосток) - Школин Адриан Адрианович.
Днепропетровский горный институт им.Артема - Кулюкин Сергей Дмитриевич.
Днепропетровский институт народного образования - Сахаров Сергей Константинович.
Донецкий институт народного образования (Луганск) - Кононов Александр Павлович.
Донской ветеринарный институт (Новочеркасск) - Турчанинов Михаил Александрович.
Донской институт сельского хозяйства и мелиорации (Новочеркасск) - Залесский Иван Григорьевич.
Донской политехнический институт (Новочеркасск) - Мялковский Александр Иванович.
Житомирский институт народного образования - Муретов Михаил Владимирович.
Закавказский университет им.26 (Тифлис) - Мархинин Константин Иванович.
Иваново-Вознесенский политехнический институт - Мухортов Вадим Александрович.
Иркутский государственный университет - Ермаков Николай Петрович.
Казанский восточный педагогический институт - Поспелов Сергей Васильевич.
Казанский государственный ветеринарный институт - Бауман Викентий Ксаверьевич.
Казанский государственный университет им.В.И.Ульянова - Распопов Владимир Павлович.
Казанский институт сельского хозяйства и лесоводства - врид Воробьев Федор Иванович.
Каменец-Подольский институт народного образования - Мельников Павел Васильевич.
Киевский ветеринарный зоотехнический институт - Попов Иосиф Иванович.
Киевский институт народного образования - Чижун Леонид Иустинович.
Киевский институт народного хозяйства - Карум Леонид Сергеевич.
Киевский кооперативный институт им.Чубаря - врид Полозов Иван Наумович.
Киевский медицинский институт - Сумбаев Петр Петрович.
Киевский политехнический институт - Ольдерогге Владимир Александрович.
Киевский сельскохозяйственный институт - Козко Владимир Иванович.
Киевский художественный институт - Граужис Иван Иванович.
Кубанский высший педагогический институт (Краснодар) - Берман Николай Николаевич.
Кубанский медицинский институт (Краснодар) - Селяскериди-Харитов Иван Георгиевич.
Кубанский сельскохозяйственный институт (Краснодар) - Мишарев Яков Тимофеевич.
Крымский Педагогический институт (Симферополь) - Солодухин Василий Иванович.
Ленинградская консерватория - Грекулов Платон Николаевич.
Ленинградский высший художественный технический институт - Шмай-Крейцберг Авраам Иосифович.
Ленинградский горный институт - Сергеев Николай Александрович.
Ленинградский государственный ветеринарный институт - Шпиллер Абрам Ефремович.
Ленинградский государственный институт медицинских знаний - Зарянов Анатолий Константинович.
Ленинградский государственный университет - Овчинников Георгий Иванович.
Ленинградский институт гражданских инженеров - Шеф Климентий Климентьевич.
Ленинградский институт инженеров путей сообщения - Щепетов Николай Евсеевич.
Ленинградский институт народного хозяйства им.Энгельса - Артемьев Константин Петрович.
Ленинградский институт физобразования им.Лесгафта - Симонов Анатолий Алексеевич.
Ленинградский коммунистический университет - Баронов Константин Федорович.
Ленинградский лесной институт - Баранов Михаил Валерианович.
Ленинградский медицинский институт - Маляревский Николай Александрович.
Ленинградский морской техникум - Глазенап Павел Александрович.
Ленинградский педагогический институт им.Герцена - Перчихин Даниил Григорьевич.
Ленинградский политехнический институт им.Калинина - Юноша Алексей Петрович.
Ленинградский сельскохозяйственный институт - Зарубаев Владимир Николаевич.
Ленинградский технологический институт им.Ленсовета РКиКД - Дорошкевич Орест Васильевич.
Ленинградский электротехнический институт им.Ульянова - Дьяконов Анатолий Алексеевич.
Ленинградское отделение Политико-просветительного института им.Н.К.Крупской - Кунцевич Василий Петрович.
Ленинградское отделение Университета нацменшинств запада - Крузе Аполлон Яковлевич.
Минский университет Белоруссии им.В.И.Ленина (Минск) - Трусевич Иван Данилович.
Московская академия коммунистического воспитания им.Н.К.Крупской - Брагинский Михаил Михайлович.
Московская горная академия - Сергеев Иван Федорович.
Московская консерватория - Беляков Николай Семенович.
Московская сельскохозяйственная академия им.Тимирязева - Буевский Аполлон Леонидович.
Московский государственный институт журналистики - Дубровский Владимир Михайлович.
1 Московский государственный университет - Самойло Александр Александрович.
2 Московский государственный университет - Монфор Орест Александрович.
Московский государственный центральный институт физкультуры - Ораевский Иван Федорович.
Московский институт востоковедения им.Н.Н.Нариманова - Снесарев Андрей Евгеньевич.
Московский институт инженеров транспорта - Барановский Владимир Львович.
Московский институт красной профессуры - Морозов Павел Ефремович.
Московский институт народного хозяйства им.Плеханова - Николаев Владимир Иванович.
Московский коммунистический университет им.Свердлова - Подшивалов Иван Мартемьянович.
Московский межевой институт - Сторожев Михаил Васильевич.
Московский механический институт им.Ломоносова - Мартынов Константин Акимович.
Московский индустриальный педагогический институт им.К.Либкнехта - Климович Антоний Карлович.
Московский политико-просветительный институт им.Н.К.Крупской - Курдюмов Владимир Николаевич.
Московский промышленно-экономический институт им.Рыкова - Григорьев Юрий Иванович.
Московский текстильный институт - Протодьяконов Борис Павлович.
Московский университет нацменшинств запада им.Мархлевского - Муратов Владимир Павлович.
Московский университет трудящихся Востока им.Сталина - Горев Владимир Ефимович.
Московский университет трудящихся Китая им.Сун-Ят-Сена - Кончиц Николай Иванович.
Московский химико-технологический институт им.Менделеева - врид Богдашевский Владимир Петрович.
Московский художественный технический институт - Лобковиц Вильгельм Вильгельмович.
Московское высшее техническое училище - Шишковский Евгений Евгеньевич.
Нежинский институт народного образования - Гиршфельд Николай Васильевич.
Нижегородский государственный университет - Троицкий Павел Петрович.
Одесский институт народного образования - Хлебников Владимир Владимирович.
Одесский институт народного хозяйства - Ильменский Павел Александрович.
Одесский медицинский и химико-фармацевтический институт - Рудницкий Антон Антонович.
Одесский политехнический институт - Шереметьев Николай Федорович.
Одесский сельскохозяйственный институт - Кузнецов Матвей Никифорович.
Омский медицинский институт - Танов Фортунат Васильевич.
Пермский государственный университет - Любомудров Андрей Андреевич.
Полтавский институт народного образования - Тимофеев-Наумов Василий Захарович.
Самарская сельскохозяйственная академия - Чудин Владимир Дмитриевич.
Саратовский ветеринарный институт - Петрулевич Василий Васильевич.
Саратовский государственный университет им.Чернышевского - Шестаков Анатолий Николаевич.
Саратовский институт сельского хозяйства и мелиорации - Ивановский Владимир Александрович.
Саратовский областной университет им.Ленина - Давыдов Марк Тимофеевич.
Северо-Кавказский государственный университет (Ростов) - Еленевский Борис Сергеевич.
Сибирский ветеринарный институт (Омск) - Сальников Анатолий Дмитриевич.
Сибирский институт сельского хозяйства и лесоводства (Омск) - Инте Сергей Николаевич.
Сибирский технологический институт им.Дзержинского (Томск) - Смирнов Гурий Николаевич.
Смоленский государственный университет - Умнов Константин Александрович.
Среднеазиатский государственный университет (Ташкент) - Нуднер Константин Алексеевич.
Среднеазиатский университет им.Ленина (Ташкент) - Афонский Валерий Леонидович.
Сталинский горный институт - Виноградов Виктор Васильевич.
Татарский университет (Казань) - Домолазов Степан Васильевич.
Тверской педагогический институт - Степной-Спижарный Константин Иванович.
Тифлисский государственный политехнический институт им.В.И.Ленина - Собецкий Александр Дмитриевич.
Тифлисский государственный университет - Гедеванов Александр Константинович.
Томский государственный университет - Кузнецов Александр Яковлевич.
Урало-Сибирский университет им.Ленина (Свердловск) - Клопов Михаил Михайлович.
Уральский политехнический институт (Свердловск) - Александров Владимир Михайлович.
Харьковский ветеринарный институт - Хмельков Александр Михайлович.
Харьковский геодезический и землеустройства институт - Монфор Евгений Орестович.
Харьковский институт народного образования - Гершельман Владимир Константинович.
Харьковский институт народного хозяйства - Веденяев Александр Владимирович.
Харьковский медицинский институт - Митюк Петр Алексеевич.
Харьковский сельскохозяйственный институт - Чинтулов Иван Дмитриевич.
Харьковский технологический институт им.В.И.Ленина - Мултановский Александр Петрович.
Харьковский коммунистический университет им.Артема - Коробков Александр Андреевич.
Херсонский институт народного образования - Мерклинг Иван Михайлович.
Ярославский педагогический институт - Табенецкий Владимир Брониславович.

Должность военрука не всегда подразумевала под собой "задвинуть куда-то подальше, а потом уволить", об этом говорят биографии Степного-Спижарного, Коробкова, Горева, Кончица, Хлебникова, Шмая-Крейцберга, Баронова, Подшивалова, Курдюмова и других, назначенных на должность военного руководителя гражданского ВУЗа.
Хотя справедливости ради, в таком качестве ("отфутболивание на чердак") она тоже использовалась. И не только по отношению к старым военспецам вроде расстрелянного по сфабрикованному ОГПУ делу "Весна" Ольдерогге.
Один из примеров, из мотомехвойск, - Кампан Василий Антонович. В 1919 г. он был аж Могилевским губернским военкомом, потом служил на разных должностях в коннице - от курсанта до начальника Гжатских кавалерийских курсов. С 1932 г. прошел переобучение на АКТУС при ВАММ и был назначен командиром механизированного полка 12-й кавалерийской дивизии. Судя по всему, на это должности проявить себя не мог и был отправлен военруком сначала в Северо-Кавказский зерновой институт, потом Азово-Черноморских сельскохозяйственный институт и Белорусский политехнический институт (последний вроде бы даже к системе АБТВ не относился). Обивал пороги, просил вернуть его в строевые части РККА, в итоге в 1938 г. был уволен из армии. В 1941 г. - командир 629-го стрелкового полка 134-й стрелковой дивизии, умер в плену 16 ноября 1941 г.

Настолько интересная и неизвестная тема, что можно писать про нее бесконечно, но формат ЖЖ все-таки заставляет остановиться. А выбранный формат журнала - продемонстрировать фотографии по теме.

Поскольку ни возрастом, ни внешним видом товарищи в форме красноармейцев на собственно красноармейцев не походят, можно предположить, что это какие-то сборы в саперных частях. Шифровки на петлицах (я не смог их расшифровать, но буква У явно присутствует) позволяют предположить, что это высшая вневойсковая подготовка. Правда, это влечет за собой открытие шифровок студентов на ВВП...



Две фотографии высшей вневойсковой подготовки студентов Казанского государственного университета, датированные летом 1935 г., прохождением сборов.
Командир РККА на фото - помощник командира полка, он же преподаватель Карлов.





Еще один снимок, который хотя и подписан как "вневойсковая подготовка", явно относится к высшей вневойсковой подготовке.
"Второй взвод первой саперной роты", апрель-май 1930 г.



.
.

Прохождение службы младшим начальствующим и рядовым составом в конце 1920-х – первой половине 1930-х

Устройство советских вооруженных сил конца 1920-х – первой половины 1930-х годов подразумевало несколько основных принципов, касающихся прохождения службы личным составом армии.

Все военнослужащие делились на начальствующий состав и рядовой состав. При этом из начальствующего состава можно было выделить младший начальствующий состав срочной службы, который был ближе к рядовому составу по принципу призыва и военной службы, нежели к остальному начальствующему составу: среднему, старшему и высшему.

Комплектование РККА рядовым и младшим начальствующим составом производилось либо в порядке призыва на действительную военную службу, либо граждане поступали на службу добровольно. При этом младший начальствующий состав готовился из рядового состава путем обучения в специальных войсковых школах.

Система действовала таким образом. В какой-то год призывались на службу в определенную войсковую часть граждане в количестве, допустим, 1000 человек. Штатное расписание было составлено так, что на 1000 человек имелось 300 человек младшего начсостава (эти пропорции сильно варьировались в зависимости от рода войск, о чем мы еще поговорим применительно к мотомехвойскам). Для обучения на младших командиров отбирались наиболее подготовленные (грамотные, политически выдержанные, классово близкие и т.п.) красноармейцы первого года службы и направлялись в войсковую школу (полковую школу, учебную роту и т.д.). Обычно сразу все 300 человек не готовились, так как в этом году увольнялась в долгосрочный отпуск только часть младшего начсостава, кто-то оставался на сверхсрочную, кто-то продолжал «тянуть лямку» (после установления для МНС трехлетнего срока службы вместо двухлетнего). Поэтому из числа 1000 призванных и зачисленных красноармейцами в часть было отобрано 150 человек, обучено в войсковой школе в течение восьми месяцев (опять же, срок подготовки зависел от рода войск) и выпущено в часть младшими командирами: командирами отделений и другими, носящими треугольники в петлицах военнослужащими. Числа в этом примере совершенно условные, исключительно для демонстрации принципов подготовки младшего начсостава.

Действительная военная служба военнослужащими по призыву могла проходиться тремя способами: в кадровых частях, в территориальных частях и вневойсковым порядком. В любом из трех случаев она составляла одинаковый срок – пять лет, но имела свою специфику и составляющие.
Когда речь идет о танковых войсках, подразумеваются в основном кадровые части РККА. Но кроме кадровых существовали еще части территориальные. Главное отличие заключалось в том, что основные подразделения кадровых частей развернуты в мирное время, они укомплектованы личным составом и находятся, так сказать, «в постоянной боевой готовности», располагаясь на наиболее угрожаемых направлениях. В случае РККА 1930-х годов – это соединения первой линии западных приграничных округов и почти все части ОКДВА.

Территориальные части в мирное время недоразвернуты и не укомплектованы полностью личным составом, постоянно присутствует только «скелет» из основного начсостава, а прочий начальствующий и рядовой состав, проживающий в районах укомплектования соединения, призывается в части лишь временно, для прохождения сборов. Содержание «территориалов» было оправдано с той точки зрения, что не отрывало на прохождение службы на несколько лет людей из народного хозяйства, и так переживавшего не лучшие времена. Хотя формально они считались проходящими действительную военную службу в территориальных частях.

И хотя танковые войска в целом относились к частям постоянной готовности и в основной массе были кадровыми, некоторое количество территориальных частей все же содержалось. Это были территориальные танковые батальоны и роты внутренних и южных военных округов (САВО, СибВО, УрВО), территориальный полк бронепоездов БВО в Брянске, механизированные полки территориальных кавалерийских дивизий СКВО и ПриВО и некоторые другие.

С военнослужащими переменного состава частей проводилось первоначальное обучение в течение трех месяцев, после чего они распускались по домам. А в течение оставшихся четырех лет действительной военной службы они призывались на учебные сборы в свои части, к которым были приписаны, в специальных технических частях по состоянию на 1930 год сроки сборов устанавливались всего в шесть месяцев, причем не более двух месяцев в году.

В кадровых частях, а мотомеханизированные войска состояли преимущественно из них, принципы прохождения службы были совершенно иными. Весь пятилетний срок действительной военной службы разбивался на непрерывную службу в части и долгосрочный отпуск, для военнослужащих сухопутных войск они составляли два и три года соответственно. И как было уже сказано, гражданин, призванный на действительную службу в кадровые части, мог прослужить два года красноармейцем, а мог попасть в войсковую школу, где получить специальность и категорию младшего начальствующего состава 1-й или 2-й категории.

Отслужив на непрерывной службе два года, военнослужащий увольнялся в долгосрочный отпуск еще на три, в течение которых он мог привлекаться на учебные сборы, а если проживал в районах комплектования терчастей, то еще и на территориальные сборы этих частей.
После окончания пятилетнего срока действительной военной службы, состоявшей из непрерывной (срочной службы) и нахождения в долгосрочном отпуске, военнослужащие младшего начальствующего и рядового состава, если не изъявили желания поступить на сверхсрочную службу, увольнялись в запас, где состояли до достижения определенного, прописанного в законодательстве о военной службе, возраста. За время пребывания в запасе гражданин теоретически мог привлекаться на непродолжительное время на сборы.

Если рассмотреть какой-нибудь типовой штат танковой части первой половины 1930-х годов, то видно, что в экипажах танков, а это, собственно, основа основ любой танковой части, практически отсутствовали красноармейцы. Подобные должности в большинстве случаев занимались младшими командирами, теми самыми, которых готовили из красноармейцев срочной службы войсковые школы.

Младшие командиры, которые окончили непрерывную службу в рядах РККА, могли остаться на так называемую сверхсрочную службу. По многим критериям сверхсрочник стоял уже ближе к среднему командиру, чем к младшему командиру срочной службы, имевшему такое же количество треугольников. Это и свобода передвижения, и обмундирование, и денежное довольствие и т.д. Некоторые должности в танковых войсках согласно штатам вообще могли заполняться только и исключительно военнослужащими сверхсрочной службы, например, должности старшины роты в некоторых частях. Эта категория военнослужащих именно мотомеханизированных войск была довольно многочисленной.

Примеры должностей и соответствующих им категорий в штатах танковых частей первой половины 1930-х годов:

Должности категории к-2 (три или четыре треугольника в петлицах)
- Командир башни БТ
- Командир башни Т-26
- Командир башни №1 Т-28
- Командир башни №2 Т-28 (он же механик-водитель старший)
- Командир легкой бронемашины
- Командир танка Т-26
- Командир танка Т-37
- Командир танко-водитель Т-28
- Механик-водитель старший БТ
- Механик-водитель старший Т-26
- Помощник командира взвода связи (командир радиотанка Т-26)
- Помощник командира взвода Т-37
- Старшина роты

Должности категории к-1 (два треугольника в петлицах)
- Командир башни №3 Т-28 (он же механик-водитель младший)
- Механик-водитель младший БТ (моторист)
- Механик-водитель младший транспортера
- Механик танковый Т-28
- Радиотелеграфист старший радиотанка БТ
- Радиотелеграфист старший Т-28
- Радиотелеграфист старший взвода управления Т-37

Должности категории к-1 или рядового состава, в зависимости от штата
- Механик-водитель Т-37

Должности рядового состава («чистые» красноармейские петлицы)
- Пулеметчик транспортера

Рядовой состав в танковых частях был либо курсантами учебных подразделений до выпуска младшими командирами, либо военнослужащими подразделений связи (телефонисты, линейные надсмотрщики), ВНОС (сигнальщики), автотранспортных (шоферы автомашин), эвакуационных (трактористы), складов (кладовщики), мастерских (слесари, токари, вулканизаторщики, сварщики), то есть в основном подразделений обеспечения и обслуживания. Впрочем и из списка выше видно, что должностей в экипажах боевых машин, которые мог де-юре занимать красноармеец, практически не было.

Младшие командиры мотомеханизированных войск РККА. Март 1934 года.



Красноармеец мотомеханизированных частей, по всей видимости, курсант школы младшего начсостава 5-го механизированного корпуса. Нарофоминск, сентябрь 1934 года.



На первый взгляд может показаться, что около танка ("Ударный маршрут"?) стоят красноармейцы - на петлицах спецодежды нет никаких знаков различия. Однако экипаж танка Т-26 составляли по штату только младшие командиры. И если присмотреться, то на рубахах, по крайней мере, у крайнего правого, видны треугольники.



Подготовка младших специалистов (младших командиров) осуществлялась непосредственно в войсках. Для этих целей в составе всех соединений и частей имелись соответствующие учебные подразделения (их общее название «войсковые школы»), комплектуемые лицами рядового состава.

В механизированных корпусах обучение было сосредоточено в корпусной школе младшего начальствующего состава и в его бригадах не проводилось. Сама школа состояла из четырех батальонов (первый – для подготовки специалистов на танки БТ, второй – на танки Т-26, третий – для автоброневых подразделений, четвертый – шоферов автомашин) и о ее важности говорит тот факт, что начальник школы имел 10-ю категорию (один ромб в петлице) и относился к высшему начсоставу.

«Нетанковые» младшие специалисты, как правило, проходили обучение в частях собственных родов войск. В мотомехвойсках такие специальности присутствовали, так механизированные корпуса и бригады организационно включали в себя химические, саперные, артиллерийские, зенитные и другие части.

В отдельных механизированных бригадах учебными считались третьи танковые батальоны и именно в них проходил обучение будущий младший начальствующий состав. Такие батальоны состояли из трех танковых рот, роты бронемашин и роты шоферов.

В отдельных танковых полках были учебные танковые батальоны или полковые школы, специализирующиеся на тех машинах, что стояли на вооружении части. Например, в отдельном танковом полку Т-28 по штату 1934 года учебный батальон состоял из учебной радиороты (курсанты радиотелеграфисты); двух учебных танковых рот Т-28, первая в составе взводов командиров-танководителей, командиров башен № 2 и командиров башен № 1, вторая – взводов командиров башен № 3 и мотористов.

А в штате отдельного танкового полка РГК, вооруженного танками БТ и Т-26, школа младшего командного состава включала в себя: а) роту по подготовке механиков-водителей старших, мотористов – механиков-водителей младших и командиров башен БТ; б) роту по подготовке командиров танков Т-26, механиков-водителей старших и командиров башен Т-26, командиров и механиков-водителей Т-37.

Механизированные полки кавалерийских дивизий, поскольку все их подразделения именовались по-кавалерийски, и к тому в них отсутствовало батальонное/дивизионное звено, включали не школу, а учебный эскадрон. А так как в те годы постоянно пересматривались штаты полков, их вооружали то танками БТ, то Т-26, то наоборот, соответствующим образом организовывались и учебные эскадроны. Например, в штате мехполка БТ учебный эскадрон имел взводы по подготовке: а) механиков-водителей старших, б) командиров башен, в) младших механиков-водителей. Как мы уже знаем, командиры танков БТ выпускались нормальными военными школами - см. https://photo-collector.livejournal.com/78936.html.

Большинство танковых батальонов стрелковых дивизий, будучи смешанного состава, с включением одновременно танков Т-26 и Т-37, имели учебные роты, формируемые по такому же смешанному принципу: танкетные и танковые учебные взводы в количестве, зависящим от пропорций танков во всем батальоне. Например, в батальоне территориальной стрелковой дивизии штата № 5/424, в котором танков Т-37 было в два раза больше, чем Т-26, и учебная рота включала три танкетных взвода и один танковый взвод. В штатах пришедший на смену танкетке Т-27 малый плавающий танк Т-37 довольно часто тоже именовался танкеткой, а подразделения, ими вооруженные, танкетными.

Практически в любой, даже самой мелкой танковой части, было еще более мелкое подразделение учебного назначения. В некоторых округах содержались отдельные танковые роты штата № 10/114, вооруженные сначала 16 танками МС-1, а затем перевооруженные на Т-26, однако и в этой роте, которая состояла всего из трех взводов, один из них все равно был учебным.
Не предусматривалось содержание учебных подразделений только в частях военного времени. Да и то, поскольку многие части мотомеханизированных войск содержались по штатам военного времени уже в мирное, в них все равно включались по мирному времени учебные подразделения.

Надо понимать, что это всего лишь примерная организация войсковых школ в мотомеханизированных войсках, так как штаты частей в начале 1930-х годов менялись регулярно, порой каждый год, а то и чаще, появлялись одни типы частей, другие исчезали и т.д. Армия, как молодой живой организм, постоянно росла и видоизменялась.

Будущий генерал-лейтенант Чунихин Николай Петрович был призван Оренбургским райвоенкоматом в октябре 1933 года и направлен в дислоцированный в том же городе территориальный механизированный полк 11-й кавалерийской дивизии имени Морозова (не Павлика Морозова, как написано в любимой книге ув. ioncore). Став курсантом полковой школы (учебного эскадрона), он начал учиться на машину Т-26, так как в апреле того года БТ-2 с вооружения полка были сняты, а вместо них поступили «двадцатьшестые». Но, как мы уже знаем, в танковых частях кавалерии в те годы была настоящая чехарда с типами машин, уже в 1934 году полк вновь перевооружается, начинают поступать танки БТ-5 и Николай Петрович в ноябре 1934 года, проучившись таким образом больше года, выпускается старшим механиком-водителем танка БТ, эта должность предусматривала категорию к-2 младшего начсостава.

***
Как мы могли уже убедиться, большая часть должностей в танковых экипажах замещалась младшим начсоставом, а подготовка их в учебных подразделениях служила в первую очередь подготовке специалиста, а потом уж младшего командира с определенным количеством треугольников в петлицах.

Исключением из этого правила являлись командиры танков БТ. Считалось, что в силу сложности этой боевой машины, военнослужащий, ею командующий, должен был иметь категорию к-3. А третья категория относилась уже к среднему начальствующему составу и в общем случае такие военнослужащие готовились в нормальных военных школах, а вовсе не в учебных подразделениях своих частей.

Практика назначения командирами танков БТ военнослужащих среднего начсостава (к-3) была официально оформлена постановлением РВС СССР о 11 августа 1932 года. Соответствующие изменения вносились в штаты танковых частей, вооруженных танками БТ. Замена личного состава в уже существующих частях и частях только создаваемых или вооружаемых такими быстроходными танками, осуществлялась назначением командирами их выпускников бронетанковых школ.

В 1935 году массовое развертывание новых соединений и частей вызвало серьезный некомплект среднего начсостава, что заставило отказаться от установленного в 1932 году порядка назначения командирами машин БТ лиц среднего начсостава и составления соответствующим образом штатов войсковых частей. Согласно директиве Штаба РККА № 4/2/19373 от 29 июня 1935 года должности командиров танков БТ в механизированных, танковых и кавалерийских соединениях и частях надлежало замещать младшими командирами сверхсрочной службы, а образовавшийся в связи с этим излишек среднего комсостава использовать на пополнение некомплекта в частях на должности командиров взводов.

В штаты частей, вооруженных БТ, вносились соответствующие изменения:
«В развитие директивы Штаба РККА № 4/2/19373 от 29.6-7.7.35 с 1 сентября с.г. в перечисленные ниже штаты внести следующие изменения по мирному и военному времени:
№ 010/601 – управление мехкорпуса
1) Категорию командиров танков изменить с к-3 на к-2, № ВУС 24, тарифный разряд 6 [...]
» и т.д.

***
Выше шла речь в основном о подготовке младшего начальствующего и рядового состава запланированной, согласно прохождению службы этими составами, в штатных войсковых школах существующих частей.
В начале 1930-х годов практиковались и другие способы, в частности переквалификация при различных школах, на временных курсах, формирование нештатных учебных частей и т.д.
В то время как средний, старший и высший начсостав проходил переподготовку на Ленинградских и Московских курсах усовершенствования, курсах технического усовершенствования при академии, младший начальствующий и рядовой состав проходил переобучение при существующих нормальных военных школах, как две тысячи человек механиков-водителей, подготовленных в 1932 году в Саратовской бронетанковой школе. Но это был далеко не единственный способ.
Уже в марте 1932 года Штаб РККА, планируя развертывание в текущем году новых механизированных соединений, предполагает переподготовку младшего начальствующего и рядового состава переформировываемых частей в нескольких учебных подразделениях уже существующих частей и в самих частях:
[...] 8. Подготовку командиров боевых машин (танков, танкеток и бронемашин) в количестве 9700 чел. произвести из числа призываемых по спец.набору шоферов – 6000 чел. и лучшей части младшего начсостава сверхсрочной и срочной службы реорганизуемых частей, в существующих 4 танковых, 2 механизированных полках, в мехбригаде им.Калиновского и в учебных подразделениях существующих 4-х механизированных стрелковых дивизиях; подготовка организуется в две очереди по 4-6 месяцев каждая очередь.
9. Подготовку механиков водителей танков, танкеток, самоходных установок и транспортеров в количестве 13000 чел. произвести из числа лучшей части красноармейцев первого года службы, формируемых и переформировываемых частей в учебных подразделениях внутри этих частей [...]


Директивой Штаба РККА от 22 апреля 1932 года о порядке развертывания мотомехчастей военным округам, затронутым оргмероприятиями, было предложено сформировать для подготовки младшего начсостава и рядовых специалистов дивизионные, бригадные и батальонные школы и учебные танковые роты. В ряде округов, помимо этих учебных механизированных центров, а также взамен их были созданы нештатные учебные подразделения по подготовке бронетанковых специалистов.
Так в июне 1932 года начальник штаба Киевского военного округа доносил, что во исполнение этой директивы для подготовки «специалистов-автобронетанкистов» были сформированы следующие учебные центры:
а) Киевская отдельная учебная авторота для 2-й отдельной мехбригады;
б) Учебный центр 45-й стрелковой дивизии (учебные школы, сформированные из танкового батальона, мотомеханизированного батальона и автороты дивизии).

На подобных нештатных окружных курсах переподготовки учился в те годы и будущий дважды Герой Советского Союза генерал-полковник танковых войск Архипов Василий Сергеевич: «В 1932 году поступил в танковую школу КВО, располагавшуюся в г.Житомир в казармах Богумского полка. В ней пехотные и кавалерийские командиры взводов проходили переподготовку на командиров взвода танков. Изучали танк МС-1, а потом Т-26 и БТ-1-2, тактику вплоть до уровня полка, вождение и стрельбу из пулеметов и орудий. Вместо малиновых петлиц стали носить черно-бархатные. [...] Выдали нам кожаную форму и синие повседневные комбинезоны.
Помню, как на стрельбище в районе г.Житомир прибыл начальник БТиМВ Красной Армии Халенский. Приобретенные навыки вождения и стрельбы показывали только недавно прибывшие на переучивание командиры взводов 5-й кавалерийской дивизии. Ходили они еще с саблями и со шпорами на сапогах. Когда Халенский обратился к ним с вопросом, как нравится боевая техника, они ответили, что танк – это баня с паром. «Конечно, - сказал начальник БТиМВ. – Вы привыкли на коне ехать с ветерком. Но ничего! Освоите и привыкнете, полюбите танк еще больше, чем коня»[...]
Когда окончили Житомирскую школу, нам, как говорили, навечно присвоили ВУС (военно-учетная специальность) – танкист. Я получил назначение командиром танкового взвода в отдельный танковый батальон родной 24-й стрелковой дивизии
». [Кто сколько ошибок насчитает в этой цитате?]
Одновременно с Архиповым, в апреле-октябре 1932 года, на этих же Житомирских курсах переподготовки УВО учился и другой будущий дважды Герой Советского Союза Гусаковский Иосиф Иркалиевич. Он переквалифицировался из командира взвода 59-го кавалерийского полка 14-й кавалерийской дивизии в командира учебного взвода 14-го механизированного полка в ней же.
Осенью 1932 года, выполнив свое основное предназначение – подготовив младших и средних командиров-танкистов для соединений, которые как раз начали официальное переформирование (11-й и 45-й механизированный корпус и т.п.), эти учебные центры и школы были упразднены и обращены на укомплектование штатных учебных частей механизированных корпусов, бригад и т.д.
.
.

Гробики, они же кирпичики, они же палочки

Смотрю, загруженный народ подустал читать про переквалификацию в танкисты. Сегодня отвлечемся на что-нибудь попроще.
Просматривая материалы о разработке нового положения о прохождении службы 1928 г., я задумался над тем, как в армии называли петличные знаки различия.
Ну треугольники, понятно, никак не склоняли. Ромбы вроде бы тоже.
Квадраты сейчас принято называть "кубарями", но насколько аутентично название, особенно, для 1920-х гг.? Что-то сомневаюсь. В официальных и не очень источниках они всегда именовались "квадратами", "квадратиками".
А вот мои любимые прямоугольники...
Поначалу устоявшегося наименования, судя по всему, не было и называли по-разному, в меру своего отношения к ним.
Бывший начальник командного управления Ефимов, который вместе с Левичевым обжегся на введении в октябре 1924 г. звезд на петлицы, очевидно, к новым знакам различия никакого пиетета не испытывал и на одном из совещаний высказался: "Москва не знает этих гробов, палочек и квадратов". Тут гробами скорее всего названы прямоугольники (возможно, вместе с квадратами).
Примерно в то же время другой высокопоставленный военнослужащий, рангом даже выше Ефимова, называет прямоугольники "кирпичиками".
Но все эти названия в итоге в армии не прижились, а общеупотребительными стали "шпалы". Настолько распространенным названием, что так они названы даже в официальном издании - ценнике на продукцию Ленэмальера 1933 года.

Пара случайных фотографий конца 1920-х гг. военнослужащих со знаками различия 9-й категории, обозначавшейся на петлицах тремя прямоугольниками (гробиками, палочками, кирпичиками или шпалами).




.
.

Курсы усовершенствования ММВ и переквалификация пехотинцев и кавалеристов в танкисты. Часть 3

Поскольку речь зашла о подготовке командиров других родов войск на различных курсах, вернемся в 1932 год, на который пришелся пик массовой переквалификации начальствующего состава. В 1932 году скромные планы по формированию трех мехбригад и 11 полков, о которых шла речь ранее, были отброшены и забыты как неактуальные. Понадеявшись на возможности промышленности, советское руководство грезило о механизированных корпусах; механизированных бригад, как отдельных так и в составе корпусов планировалось девять; речь уже шла о поголовном включении танковых и бронечастей в кавалерийские дивизии и о почти сотне танковых батальонов для пехоты.
Понятно, что увеличение количества частей и подразделений должно было вызвать и пропорциональное увеличение численности переподготавливаемого начсостава.
К сожалению, мне не удалось установить пока точное количество лиц, проходивших обучение (переквалификацию) на Ленинградских и Московских курсах усовершенствования в 1932 году, начиная с весны 1932 года (основной набор произошел в мае, а выпуск в сентябре). Гигантский объем работы курсов можно примерно представить по подготовленному в Штабе РККА в марте 1932 года проекту постановления РВС СССР, в котором предполагалось переквалифицировать 3610 человек среднего, старшего и высшего начсостава:

Проект постановления РВС СССР
марта 1932
«О подготовке кадров бронетанковых частей»

В связи с реконструкцией армии на базе развернутого формирования танковых войск и для их обеспечения инженерно-техническими кадрами РВС СССР ПОСТАНОВЛЯЕТ:
[...]
5. Переподготовку начальствующего состава пехоты и конницы переформировываемых частей произвести:
а) высшего начальствующего состава в количестве 87 чел. на должности командиров и начальников штабов корпусов, мехбригад и танковых бригад на Ленинградских бронетанковых курсах усовершенствования по 43 чел. в две очереди с 2-х месячн.сроком обучения;
б) старшего начсостава в количестве 133 чел. на должности командиров и начальников штабов полков и штабных работников на Ленинградских и Московских (быв.Выстрел) броне-танковых курсах в две очереди, срок обучения 3 месяца;
в) старшего начсостава в количестве 790 чел. на должности командиров и начальников штабов отдельных батальонов и командиров неотдельных батальонов на Ленинградских и Московских бронетанковых курсах в 3 очереди, срок обучения 3 месяца;
г) среднего начсостава в количестве 2600 чел. на должности командиров и помощников командиров рот и начальником штабов неотдельных батальонов на Ленинградских и Московских бронетанковых курсах в 4 очереди, срок обучения 3 месяца;
[...]


То, что в целом эти планы выполнялись, подтверждает директива начальника Штаба РККА от 22 апреля 1932 года командующим войсками Ленинградского, Белорусского и Украинского военных округов, то есть тех трех, где и переформировались из стрелковых соединений механизированные корпуса и бригады:

Начальник штаба РККА
22.04.32
№ 4/27208

Препровождая при сем план дополнительных оргмероприятий по мото-механизированным войскам на 32 год Народный Комиссар приказал при осуществлении этого плана руководствоваться следующими указаниями:
[...]
III. ПО ПОДГОТОВКЕ ЛИЧНОГО СОСТАВА
1. Развернуть техническую подготовку начальствующего состава, как реорганизуемых частей, так и для вновь создаваемых на следующих основаниях:
а) Высший начальствующий состав механизированных соединений обучать на Ленинградских бронетанковых курсах продолжительностью 2 месяца.
б) Старший начальствующий состав обучать на Ленинградских и Московских бронетанковых курсах продолжительностью 3 месяца.
в) Командиров и помощников командиров рот при Ленинградских и Московских бронетанковых курсах продолжительностью 4 месяца.
[...]
Начальник Штаба РККА Егоров


Командиров взводов (должность среднего начальствующего состава) при этом предполагалась переподготавливать частично при бронетанковых школах, частично в самих воинских частях. Среди них, например, будущий генерал-лейтенант танковых войск Вайнруб Матвей Григорьевич, до апреля 1932 года командовавший взводом в 4-м стрелковом полку 2-й Белорусской стрелковой дивизии, а после октября 1932 г. – взводом танкового батальона в той же дивизии; переподготовку он проходил на курсах при Орловской бронетанковой школе.
Безусловно, здесь нет смысла перечислять «бесконечные» списки сотен командиров, проходивших переквалификацию на курсах усовершенствования, но информация о некоторых из них наглядно продемонстрирует, из каких частей и с каких должностей приходил начсостав на курсы. Ниже приводятся некоторые командиры из первых учебных групп Ленинградских бронетанковых курсов усовершенствования, о дальнейшей судьбе которых у меня имеется информация. Обратите внимание, что очень многие занимали до этого должности командиров учебных частей, то есть военные округа к делу подбора кадров для переподготовки в танкисты подошли со всей серьезностью и отобрали, действительно, лучших.

Некоторые командиры пехоты и конницы, прошедшие переподготовку на ЛБТКУКС в 1932 году и ставшие танкистами:
ФИО - С какой должности пришел на ЛБТКУКС - Служба в ММВ в начале 1930-х гг.
Акишин Василий Степанович - Начальник штаба 88-го кавалерийского полка 12-й кавалерийской дивизии - Начальник штаба 12-го механизированного полка 12-й кавалерийской дивизии
Андреев Карп Евсеевич - Командир батальона 80-го стрелкового полка 27-й стрелковой дивизии - Командир батальона курсантов Орловской бронетанковой школы
Анохин Дмитрий Алексеевич - Помощник начальника штаба 23-го кавалерийского полка 4-й кавалерийской дивизии - Помощник по технической части командира 4-го механизированного полка 4-й кавалерийской дивизии
Антипин Василий Федорович - Командир батальона 51-го стрелкового полка 17-й стрелковой дивизии - Помощник начальника учебной части Горьковской бронетанковой школы
Барышников Иван Николаевич - Помощник командира 65-го кавалерийского полка 2-й Кавказской горнокавалерийской дивизии - Командир 2-го механизированного дивизиона 2-й горнокавалерийской дивизии
Белов Дмитрий Васильевич - Начальник штаба 5-го стрелкового полка 2-й стрелковой дивизии - Начальник АБТС 2-й стрелковой дивизии
Белов Евтихий Емельянович - Помощник командира 19-го стрелкового полка 7-й стрелковой дивизии - Командир танкового батальона 133-й механизированной бригады
Берлин Леонид Борисович - Командир батальона 41-й стрелковой дивизии - Руководитель по моторизации 2-й Киевской артиллерийской школы
Бунин Леонид Васильевич - Помощник начальника штаба 68-го стрелкового полка 23-й стрелковой дивизии - Руководитель Ленинградских БТКУКС
Воронков Григорий Иванович - Командир пулеметной роты 71-го стрелкового полка 24-й стрелковой дивизии - Командир отдельной автобронероты 24-й стрелковой дивизии
Ворсин Александр Васильевич - Командир учебного батальона 32-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии - Начальник штаба школы младшего начсостава 11-го механизированного корпуса
Залкинд Марк Борисович - Начальник штаба 32-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии - Начальник штаба 33-й стрелково-пулеметной бригады
Иванов Василий Иванович - Командир батальона 30-го стрелкового полка 10-й стрелковой дивизии - Командир танкового батальона 31-й механизированной бригады
Иноков Михаил Александрович - Помощник начальника сектора боевой подготовки штаба САВО - Начальник АБТВ САВО
Ковзун Петр Афанасьевич - Военный комиссар 4-го стрелкового полка 2-й стрелковой дивизии - Командир отдельного танкового батальона 2-й стрелковой дивизии
Лыков Петр Ильич - Начальник штаба 288-го стрелкового полка 96-й стрелковой дивизии - Командир отдельного танкового батальона 95-й стрелковой дивизии
Мельников Антон Михайлович - Ид начальника 1-й части штаба 64-й стрелковой дивизии - Командир курсантского батальона Саратовской бронетанковой школы
Минаев Владимир Федорович - Начальник хозяйственной части школы им.Каменева - Командир батальона курсантов Саратовской бронетанковой школы
Новиков Василий Васильевич - Командир 19-го кавалерийского полка 4-й кавалерийской дивизии - Командир 4-го механизированного полка 4-й кавалерийской дивизии
Новиков Кирилл Федорович - Командир батальона 87-го стрелкового полка 29-й стрелковой дивизии - Командир танкетного батальона 4-го стрелкового полка 2-й стрелковой дивизии
Обдаленков Николай Александрович - Командир батальона 20-го стрелкового полка 7-й стрелковой дивизии - Командир отдельного танкового батальона 80-й стрелковой дивизии
Ольшак Феликс Казимирович - Командир 14-го стрелкового полка 5-й стрелковой дивизии - Помощник начальника АБТВ УВО
Остапенко Алексей Петрович - Командир батальона 296-го стрелкового полка 99-й стрелковой дивизии - Командир отдельного танкового батальона 99-й стрелковой дивизии
Першаков Михаил Алексеевич - Начальник штаба 10-го Туркестанского стрелкового полка - Помощник начальника учебной части Ленинградских БТКУКС
Петрица Богдан Петрович - Командир батальона 134-го стрелкового полка 45-й стрелковой дивизии - Командир 3-го танкового батальона 134-й механизированной бригады
Поляков Иван Николаевич - Командир батальона 31-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии - Командир батальона школы младшего начсостава 11-го механизированного корпуса
Проффен Георгий Георгиевич - Начальник штаба 31-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии - Начальник 4-го отделения штаба 11-го механизированного корпуса
Слизков Георгий Иванович - Начальник штаба 134-го стрелкового полка 45-й стрелковой дивизии - Командир танкового батальона 134-й механизированной бригады
Смирнов Михаил Александрович - Помощник начальника штаба 40-го стрелкового полка 14-й стрелковой дивизии - Начальник штаба танкового батальона 32-й механизированной бригады
Соколов Георгий Ильич - Командир батальона 32-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии - Командир танкового батальона 31-й механизированной бригады
Сызранов Дмитрий Михайлович - Командир учебного батальона 127-го стрелкового полка 43-й стрелковой дивизии - Командир танкового батальона 10-го стрелкового полка 4-й стрелковой дивизии
Сяги Иоганесс Августович - Командир батальона 33-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии - Командир танкового батальона 32-й механизированной бригады
Чеглаков Андрей Афанасьевич - Помощник командира 110-го стрелкового полка 37-й стрелковой дивизии - Командир танкового батальона 6-го стрелкового полка 2-й стрелковой дивизии
Швец Игнатий Харитонович - Командир батальона 93-го стрелкового полка 31-й стрелковой дивизии - Командир отдельного танкового батальона 53-й стрелковой дивизии
Щусь Трофим Алексеевич - Командир батальона 50-го стрелкового полка 17-й стрелковой дивизии - Командир батальона курсантов Ленинградской школы автотанковых техников

Майор Минаев Владимир Федорович. Обучался на ЛБТКУКС в 1932 году. К началу войны заместитель командира 23-й танковой дивизии.



Майор Поляков Иван Николаевич. Еще один выпускник ЛБТКУКС 1932 года. К началу войны заместитель командира 37-й танковой дивизии.



Майор Пшенецкий Иван Васильевич. Один из тех, кто окончил ЛБТКУКС в 1932 году. В начале войны начальник автотранспортной службы 12-го механизированного корпуса.



Майор Наговицын Степан Петрович. В 1932 году слушатель ЛБТКУКС. К началу войны командир батальона Орловского танкового училища.



Начальник штаба учебного батальона 22-го стрелкового полка 8-й стрелковой дивизии Семенов Петр Николаевич в 1932 году прошел обучение на ЛБТКУКС. В 1940 г. - начальник автобронетанковой службы 61-го стрелкового корпуса.



Один из слушателей ЛБТКУКС 1932 года капитан Ральников Михаил Семенович. К началу войны помощник по технической части командира 45-й танковой дивизии.



Майор Швецов Виктор Васильевич. Обучался на ЛБТКУКС в 1932 году, до этого был адъютантом 28-го конно-артиллерийского дивизиона. В 1940 г. - начальник разведывательного отделения штаба 12-й танковой дивизии.



Подполковник Панченко Андрей Григорьевич. Слушатель ЛБТКУКС 1932 года, до этого служил в пехоте (224-й стрелковый полк 75-й стрелковой дивизии).



Помощник командира батальона 242-го стрелкового полка 81-й стрелковой дивизии Полевой Федор Харитонович окончил ЛБТКУКС в 1932 году. К началу войны командир 11-го мотоциклетного полка 21-го механизированного корпуса.



Работа курсов с массовой переквалификацией 1932 года не прекратилась. На 1933 год Ленинградским БТКУКС имени Бубнова и Московским КУКС ММВ имени Коминтерна ставились задачи:
«а/ усовершенствования комсостава мотомехвойск, который в силу краткости пребывания на БТКУКС недостаточно освоил этот род войск, а также комсостава этих войск, аттестованного на продвижение и
б/ переквалификация комсостава других родов войск для назначения их по окончании КУКСов на должности в мотомехчастях
».
Как видно из этой цитаты из директивы Главного Управления РККА от 7 декабря 1932 года, на обоих командных курсах продолжалась в том числе и переквалификация начальствующего состава других родов войск для мотомехчастей.
Так, одним из наборов в Московских КУКС мотомехвойск предполагалось переквалифицировать в 1933 году начальствующий состав из объединенных, пехотных, кавалерийских и артиллерийских школ с тем, чтобы они могли в дальнейшем занимать должности руководителей по моторизации этих школ. Среди отобранных для обучения помощник командира батареи Среднеазиатской объединенной военной школы Александров Дмитрий Никифорович, руководитель тактики Ленинградской пехотной школы Дементьев Степан Андреевич, командир роты Одесской пехотной школы Титченко Константин Никитич, руководитель по верховой езде Объединенной кавалерийской школы Бородин Петр Григорьевич, помощник командира батареи 1-й Ленинградской артиллерийской школы Доропей Сергей Клементьевич, командир взвода Московской пехотной школы Тин-Сан-У и другие.

Командир роты Закавказской пехотной школы Лядов Михаил Степанович прошел обучение на Московских КУКС мотомехвойск. В дальнейшем поступил в ВАММ им.Сталина и окончил ее в 1937 г.



***
Рассказ о курсах усовершенствования мотомеханизированных войск будет неполным, если не упомянуть самые, наверно, необычные из них, Казанские.
Плодом развернувшегося в 1920-е годы сотрудничества в том числе в военных вопросах между СССР и Германией стала созданная в окрестностях Казани в 1926 году в обход условий Версальского договора немецкая танковая школа, получившая условное наименование «КАМА» (или курсы «ТЭКО»).
Занятия в школе начались только в 1929 году и за три с лишним года в ней прошло обучение всего около 30 офицеров рейхсвера. Хотя школа создавалась немцами под свои задачи, одним из условий была возможность обучения в ней советских военнослужащих. Среди тех, о ком достоверно известно, что они побывали на учебе в «КАМА»: Бурков Василий Герасимович, Игнатьев Алексей Александрович, Мартынов Николай Маркович, Полубояров Павел Павлович и Ратнер Иосиф Маркович, все пятеро на тот момент уже были броневиками и никакой переквалификации не проходили.
Не занималось учебное заведение переквалификацией и в дальнейшем, когда немцы в 1933 г. бросили школу и на ее базе по инициативе начальника УММ РККА в том же году были созданы Казанские курсы усовершенствования технического состава мотомехвойск, которые возглавил советский помощник начальника школы «КАМА» Ерошенко Николай Федорович. Штаб РККА считал, что создание курсов вызвано больше необходимостью использования богатого оборудования, оставленного немцами, нежели подготовкой кадров, и пытался в 1934 году курсы ликвидировать, что ему, впрочем, не удалось. Такое отношение неудивительно после докладов о том, что командование курсов имеет по 3-4 персональные машины на человека, устраивает пьяные дебоши и постоянно разворовывается импортное имущество бывшей немецкой школы.
Курсы продолжили существовать и в первые годы предназначались в основном для обучения специалистов трех профилей: помощников по технической части командиров танковых батальонов и рот; начальников войсковых ремонтно-восстановительных мастерских и командиров парковых подразделений (взводов). На курсы попадали военнослужащие танковых войск, поэтому переподготовка их, действительно, не велась, но многие из них были вчерашними выходцами из пехоты и конницы с соответствующим довольно низким багажом специальных знаний, поэтому рассказ о курсах был здесь уместен.
.
.

Курсы усовершенствования ММВ и переквалификация пехотинцев и кавалеристов в танкисты. Часть 2

После утверждения планов организационных мероприятий на 1931-33 годы, которые предусматривали создание трех новых механизированных бригад, трех отдельных танковых полков и трех отдельных танковых батальонов, восьми механизированных полков, двух механизированных дивизионов и шести автоброневых эскадронов конницы и других мелких частей, существенно изменились и планы по переподготовке начальствующего состава для этих частей.
Перед Ленинградскими бронетанковыми курсами ставилась задача с декабря 1931 года начать подготовку на трех курсах (в зависимости от должности и категории переподготавливаемых) начальствующего состава пехоты и конницы для мотомеханизированных частей, разворачиваемых по планам оргмероприятий на 1931-32 годы, а также начсостава броневой специальности, выдвинутого на повышение.

Главное Управление РККА
№ УН7/045375
16.09.31 г.
Начальникам штабов ВО

В связи с выявленной потребностью в командных кадрах броне-танковых частей по оргмероприятиям 1931-32 г. и необходимостью обеспечения ее, перед Броне-Танковыми Курсами на 1931-32 учебный год стоят задачи:
1. Переквалификация комсостава пехоты и кавалерии, аттестованного на продвижение или вполне соответствующего занимаемой должности, для службы в броне-танквых частях.
2. Доподготовка и усовершенствование.
Броне-танковые курсы будут иметь:
1-й курс - срок обучения 6 мес. с 1.12.31 по 31.05.32 г.
Усовершенствование командиров танковых и мех.полков, их помощников, нач.штабов, командиров мотомех.отрядов, дивизионов, батальонов, рот и эскадронов /танков.и развед./ и прочий комсостав бронетанковых и мото-мех.частей 6-9 категории - все аттестованные на продвижение.
2-й курс - срок обучения 9 мес. с 1.12.31 по 1.08.32 г.
Переквалификация командиров батальонов, начальников штабов и прочий комсостав 7-8 категории пехоты и кавалерии в бронетанковые части на те же должности, командиров отд.эскадронов.
3-й курс - срок обучения 9 мес. с 1.12.31 по 1.08.32 г.
Переквалификация командиров рот, эскадронов и прочий комсостав 5-6 категории пехоты и кавалерии в бронетанковые части на те же должности.
С получением данной директивы Вам надлежит приступить к отбору кандидатов на курсы, и списки отобранных с приложением аттестации за 30-31 гг., партхарактеристиками, справки о состоянии здоровья, представить в Командное управление не позднее 20.10 с.г., для отдаленных округов - 1.11.
Добиться такого положения, чтобы среди отобранных было не менее 75% членов и кандидатов ВКПб и не менее 50% рабочих.
[...]
Весь комсостав, командируемый на курсы, будет использоваться в новых формированиях только в своем округе.
Лица начсостава, зачисленные на Броне-Танковые курсы исключаются их списков частей и содержатся за счет общего некомплекта РККА, в связи с чем необходимо предусмотреть в осеннем плане перемещений замещение этих вакантных должностей.
[...]
Начальник ГУ РККА Фельдман
Начальник командного управления ГУ РККА Савицкий


Всего на 2-й и 3-й курсы планировалось привлечь на переподготовку из пехоты и конницы 431 человека, от командиров и помощников командиров рот и эскадронов до командиров батальонов. В списке слушателей этого набора, хранящемся в фонде Ленинградских БТКУКС Российского государственного военного архива, числится несколько меньшее количество людей, всего проходили обучение 376 человек.
Все лица, зачисленные на ЛБТКУКС, исключались из списков своих частей и в дальнейшем должны были получать назначения на должности в мотомехвойска. Это важный нюанс, так как в общем случае при прохождении обучения на краткосрочных курсах военнослужащие оставались в списках и на снабжении своих частей.
Начсостав, выделенный военными округами, стал прибывать на Ленинградские курсы уже в октябре 1931 года, а основная масса – в ноябре-декабре того же года. Обучение этих слушателей велось не девять месяцев, как указывалось в директиве Главного управления РККА, а около полугода, так как выпущены они были в основном в мае 1932 в связи с началом новой волны переподготовки, о которой будет еще рассказано позже.

Некоторые командиры пехоты и конницы, прошедшие переподготовку на ЛБТКУКС в 1931-1932 годах и ставшие танкистами:
ФИО - Должность после окончания курсов
Балалаев Михаил Яковлевич - Командир отдельного танкового батальона 12-й стрелковой дивизии
Вершкович Степан Антонович - Помощник начальника оперативной части штаба механизированной бригады им.Калиновского
Жданов Владимир Иванович - Командир танковой роты 32-го отдельного танкового батальона
Ивакин Константин Васильевич - Командир 4-го механизированного дивизиона 4-й отдельной кавалерийской бригады
Кириченко Иван Федорович - Командир танковой роты отдельного танкового батальона 44-й стрелковой дивизии
Лебедев Виктор Григорьевич - Преподаватель Ульяновской БТШ
Павлов Петр Петрович - Преподаватель Горьковской БТШ
Проскуров Иван Иванович - Командир учебной танковой роты отдельного танкового батальона 2-й стрелковой дивизии
Сергеенко Сергей Семенович - Начальник Винницкой автошколы при 17-м стрелковом корпусе
Солянкин Егор Николаевич - Начальник штаба батальона 14-й стрелковой дивизии
Хивов Яков Иванович - Командир отдельного танкового батальона 5-й стрелковой дивизии
Яркин Иван Осипович - Командир роты 3-го учебного танкового полка

Генерал-полковник танковых войск Жданов Владимир Иванович, в 1931-1932 годах переквалифицировался на ЛБТКУКС с командира роты 70-го стрелкового полка 24-й стрелковой дивизии на командира танковой роты 32-го отдельного танкового батальона.



Политрук эскадрона 46-го кавалерийского полка 11-й кавалерийской дивизии Юрченко Иван Артемьевич проходил обучение на ЛБТКУКС в 1931-1932 годах, после чего был назначен командиром эскадрона 11-го механизированного полка той же дивизии.



Пришел в мотомехвойска в 1932 году после обучения на ЛБТКУКС командир роты 17-го стрелкового полка 6-й стрелковой дивизии Назимов Константин Петрович.



Сергеев Павел Петрович до 1931 года был командиром эскадрона 38-го кавалерийского полка, затем прошел обучение на ЛБТКУКС и остался в танковых войсках.



Командир взвода полковой школы 239-го стрелкового полка 80-й стрелковой дивизии до 1931 года и слушатель ЛБТКУКС 1931-1932 годов Селиванов Павел Панкратьевич.



Капитан Савельев Константин Павлович до 1931 года командовал ротой 100-го стрелкового полка 34-й стрелковой дивизии, затем учился на ЛБТКУКС.



Грандиозные организационные мероприятия в мотомеханизированных войсках, запланированные в 1932 году, потребовали массового пополнения войск начальствующим составом всех уровней, от младших специалистов до командиров соединений и частей. Средний и старший начсостав предполагалось готовить из пехотных и кавалерийских командиров на курсах усовершенствования, единственными полноценными курсами при этом тогда были только Ленинградские бронекурсы, остальное – временные при бронетанковых школах и т.п. Поскольку, несмотря на значительное количество обучавшихся военнослужащих, эти курсы не могли выполнить план по переподготовке, потребовался новый ВУЗ мотомехвойск, который и появился в 1932 году и был сформирован на базе курсов усовершенствования комсостава РККА «Выстрел».
Курсы «Выстрел» в мае 1932 года разделились на Московские курсы усовершенствования комсостава мотомеханизированных войск РККА им.Коминтерна, куда перешла вся учебная, техническая и хозяйственная база, лагерь, учебный батальон и большая часть преподавательского состава, и на Стрелково-тактический институт «Выстрел», созданный на базе научно-исследовательского отдела старых курсов.
Таким образом мотомеханизированные войска РККА пополнились не только новым учебным заведением, но и значительным числом вновь испеченных танкистов из числа личного состава курсов «Выстрел», перешедших в МКУКС ММВ РККА.
Среди них: Алферьев Петр Федорович, Донченко Дмитрий Юрьевич, Зеленцов Андрей Иванович, Мельников Петр Николаевич, Обухов Василий Васильевич, Петрушевский Александр Васильевич, Сафир Михаил Павлович, Соломатин Михаил Дмитриевич, Соседов Лев Борисович, Сухов Иван Прокофьевич, Харитонов Андрей Александрович и другие. Ну и, конечно, сам начальник курсов Стуцка Кирилл Андреевич. В феврале 1933 года на Московских КУКС ММВ числилось 23 человека высшего начсостава, 72 старшего и 87 среднего.

Автор учебника по стрельбе из стрелкового оружия Херсонский Алексей Дмитриевич. Преподаватель Московских КУКС мотомехвойск в 1932-33 гг.



Один из тех, кто переквалифицировался в танкисты при переформировании курсов "Выстрел" в КУКС мотомехвойск генерал-майор танковых войск Сафир Михаил Павлович.



Просуществовали курсы недолго. Поскольку в результате массовой переквалификации в 1932 году потребность в среднем начсоставе в мотомехвойсках была удовлетворена на 100%, а новых серьезных организационных мероприятий пока не предвиделось, Московские КУКС оказались ненужными в том виде, в каком они функционировали в 1932-1933 годах.

Некоторые командиры пехоты и конницы, прошедшие переподготовку на Московских КУКС ММВ РККА в 1932-1933 годах и ставшие танкистами:
ФИО - С какой должности пришел на МКУКС ММВ - Должность после окончания курсов
Герко Никифор Игнатьевич - Политрук батареи 123-го артиллерийского полка САВО - Военком отдельной танковой роты САВО;
Ивенков Яков Афанасьевич - Прикомандирован к 6-му отделу штаба БВО - Помощник начальника штаба отдельного разведывательного батальона 4-й механизированной бригады;
Колесников Иван Михайлович - Помощник начальника штаба 8-го Кавказского стрелкового полка - Преподаватель тактики Ульяновской бронетанковой школы;
Кузьмин Григорий Иванович - Командир стрелкового батальона курсов «Выстрел» - Начальник штаба учебно-механизированного полка ВАММ им.Сталина;
Скворцов Борис Михайлович - Ид начальника штаба 61-го стрелкового полка 21-й стрелковой дивизии - Преподаватель тактики Московских КУКС мотомехвойск;
Степанов Александр Михайлович - Командир пулеметного взвода 33-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии - Командир танкового взвода 31-й механизированной бригады;
Таранов Иван Афиногенович - Командир дивизиона Тверской кавалерийской школы - Начальник автотехнической службы 3-й кавалерийской дивизии;
Чугунков Иван Ильич - Помощник командира роты Среднеазиатской объединенной военной школы - Руководитель тактики Московских КУКС мотомехвойск;
Ярков Алексей Константинович - Командир пулеметного взвода 243-го стрелкового полка 81-й стрелковой дивизии - Преподаватель матчасти боевых машин Московских КУКС мотомехвойск.

Генерал-майор танковых войск Баранов Виктор Ильич в 1933 г. окончил Московские КУКС ММВ.



Еще один окончивший Московские КУКС и таким образом попавший в танковые войска генерал - Герко Никифор Игнатьевич.



Окончил в 1932 г. Московские КУКС ММВ будущий полковник-танкист Смирнов Николай Иванович.



В 1933 году Московские курсы усовершенствования комсостава мотомехвойск им.Коминтерна были объединены с Военной академией механизации и моторизации РККА им.Сталина, учебный механизированный отряд курсов был развернут в учебно-механизированный полк академии. Личный состав МКУКС влился в ВАММ, пополнив ряды строевого и преподавательского состава академии, а начальник курсов Стуцка был назначен заместителем начальника академии. Часть личного состава пошла на укомплектование курсов усовершенствования технического состава, разворачиваемых в том же году в Казани.
.
.

Курсы усовершенствования мотомехвойск и переквалификация пехотинцев и кавалеристов в танкисты

История первого и многие годы единственного учебного заведения танкистов РККА сложна и запутана и об этом как-нибудь в другой раз. Начнем со времен более близким к рассматриваемому нами началу становления советских танковых войск, которое я отношу к 1929 году.
Приказом РВС СССР № 192 от 21 июня 1928 года одногодичные курсы механической тяги (бывшая Военная школа мехтяги) были преобразованы в Броневые командные курсы РККА, которым 9 мая 1929 года было присвоено имя т.Бубнова. А в декабре 1929 года курсы возглавил Шмай-Крейцберг Аврамий Иосифович, опытный броневик, командовавший в годы гражданской войны бронепоездом, бывший начальником бронесил ряда армий и округов, награжденный в 1921 году орденом Красного Знамени.
Ленинградскими броневыми командными курсами восполнялись немногочисленные потребности таких же немногочисленных бронесил в командных кадрах среднего звена в конце 1920-х годов. Не являясь нормальной школой и не обучая новобранцев, курсы переквалифицировали начсостав основных родов войск для службы в бронесилах, начиная с командиров танков, тогда это была должность среднего комсостава, подразумевающая ношение квадратов в петлицах (см. https://photo-collector.livejournal.com/78936.html).
С 1928 по 1929 год проходил обучение на Ленинградских броневых командных курсах командир взвода 105-го стрелкового полка 35-й стрелковой дивизии Казаков Алексей Иванович, по их окончанию получил назначение на должность командира танка сводного механизированного полка МВО.
Командир взвода 298-го стрелкового полка 100-й стрелковой дивизии Пинчук Павел Ильич, пройдя обучение на курсах в 1929-1930 годах, остался командиром танка на них же, он прослужил на Ленинградских БТКУКС на различных должностях до 1941 года.

***
До 1936 года нормальные военные школы мотомеханизированных войск готовили из военнослужащих срочной и сверхсрочной службы и гражданских лиц военнослужащих среднего начальствующего состава. Однако, поскольку персональные звания или иные чины в РККА отсутствовали, курсант по выпуску мог быть назначен на должность, подразумевающую в штате категорию среднего начсостава (к-3) и только при назначении, согласно положению о прохождении службы 1928 года, ему присваивалась соответствующая категория. А уж что это была за должность, зависело только от штатов войсковых частей. В какие-то периоды, как уже было сказано при описании бронешкол, к ним могли относиться как должности командиров танков БТ, так и командиров взводов танков Т-26.
Но воинская часть не состоит из одних командиров взводов или танков, в крупных соединениях, а такие стали создаваться в мотомехвойсках РККА уже в 1930 году, были представлены все категории от к-3 до к-12. Кроме командиров с первичными званиями среднего состава (командиров взводов/танков) в новые части потребовались командиры рот, батальонов и полков, их помощники и начальники штабов и т.д., а их уже нельзя было выпустить из школ.
В деле укомплектования вновь создаваемых механизированных и танковых соединений и частей средним и старшим начальствующим составом главным инструментом стала его переподготовка, основная тяжесть которой легла на Ленинградские броневые командные курсы, в 1930 году переименованные в Ленинградские бронетанковые курсы усовершенствования и переподготовки командного состава.

Майор Овчаренко Кузьма Иванович. Помощник командира роты 220-го стрелкового полка 74-й стрелковой дивизии Овчаренко прошел переподготовку на Ленинградских броневых командных курсах в 1930 году и был назначен командиром взвода бронемашин мотоотряда 11-й стрелковой дивизии.



Ремизов Федор Тимофеевич после окончания в 1930 году ЛБКК проходил службу помощником командира и командиром 11-го автобронедивизиона, командиром 1-го механизированного полка 1-й кавалерийской дивизии Червонного казачества.



Собственно с 1930 года и началась массовая переподготовка на курсах начальствующего состава других родов войск для службы в мотомеханизированных войсках. Штатная численность переменного состава курсов в 1930-1931 учебном году составляла 555 человек. Впрочем, не все они были представителями пехоты и конницы, слушатели распределялись между несколькими отделениями, которые по-прежнему занимались усовершенствованием бронепоездников и т.п.
Организация Ленинградских БТКУКС в 1930-1931 учебном году:
- Отделение переподготовки старшего и среднего комсостава;
- Отделение усовершенствования среднего комсостава танковых частей;
- Отделение усовершенствования среднего комсостава броневых частей;
- Отделение переподготовки и доподготовки танковое;
- Отделение переподготовки и доподготовки автоброневое.

Некоторые командиры пехоты и конницы, прошедшие переподготовку на ЛБТКУКС в 1930-1931 годах и ставшие танкистами:
ФИО - Должность после окончания курсов
Абрамов Тихон Порфирьевич - Помощник командира эскадрона 12-го автоброневого дивизиона
Баданов Василий Михайлович - Командир курсантского батальона Саратовской бронетанковой школы
Кононович Дмитрий Григорьевич - Командир роты механизированной бригады им.Калиновского
Копцов Василий Алексеевич - Командир роты 1-го отдельного танкового полка
Лозовский Александр Борисович - Командир роты учебного автотранспортного батальона УВО
Мирошников Сергей Захарович - Командир разведывательной роты 37-й сд
Танасчишин Трофим Иванович - Командир учебного броневзвода мотоотряда Московской Пролетарской стрелковой дивизии
Удовиченко Кирилл Степанович - Командир танкового взвода механизированной бригады им.Калиновского
Черниенко Дмитрий Хрисанфович - Командир учебной роты отдельного танкового батальона БВО

Один из прошедших обучение на ЛБТКУКС в 1930-1931 гг. Рабинович Михаил Владимирович (до этого был начальником команды одногодичников 33-го стрелкового полка 11-й стрелковой дивизии).
Другие его фотографии я уже показывал ранее - https://photo-collector.livejournal.com/61439.html.




Выкадровка из группового фото 3-й учебной танковой бригады генерал-майора танковых войск Нэмме Августа Андреевича (командира бригады).
Командир взвода 74-го кавалерийского полка 5-й отдельной кавалерийской бригады А.А.Нэмме прошел обучение на Ленинградских БТКУКС в 1930-1931 гг. и впоследствии командовал взводом и ротой 1-го батальона механизированной бригады имени Калиновского.




Одним из слушателей, проходивших обучение на курсах в 1930-1931 учебном году был будущий Герой Советского Союза Курист Людвиг Иоганович, оставивший нам свои мемуары, в которых есть и такой фрагмент, непосредственно касающийся его учебы: «Только три года посчастливилось мне служить в полку червонных казаков. В один из дождливых осенних дней 1930 года меня вызвали к Н.Ф.Федорову.
- Мы должны выделить кандидатуру на Ленинградские бронетанковые курсы, - сказал командир полка и пытливо заглянул в глаза.
Я огорчился: неужели "кандидатом" должен стать я?
Федоров, видимо, догадался о моих мыслях и поспешил объяснить:
- Вы знаете, что армия механизируется, за бронетанковыми войсками будущее. Почему бы вам не поехать учиться в Ленинград?
Николай Федорович приветливо улыбнулся, и я понял, что им руководит только искренняя забота о моей дальнейшей судьбе. Как ни грустно было расставаться с кавалерией, я решил последовать совету Федорова.
Так начался мой путь в танковые войска. Настоящим танкистом я стал по окончании Ленинградских бронетанковых курсов усовершенствования и переподготовки командного состава – старейшей кузницы кадров бронетанковых войск. Они были укомплектованы квалифицированным специалистами – командирами и преподавателями. Упомяну имена лишь некоторых из них: начальник учебного отдела П.Я.Бубин, начальник технического цикла П.Д.Николаев, преподаватели А.И.Семенов и А.Г.Петров. Эти люди служили в бронедивизионах царской армии, впоследствии принимавших активное участие в подготовке Октябрьской революции и в боях за Советскую власть.
Преподаватели тактики передавали нам, слушателям, свой опыт применения бронепоездов и бронеавтомобилей на фронтах гражданской войны при разгроме войск Колчака, Деникина, Врангеля.
[...] Начальником курсов был потомственный путиловец А.И.Шмай. Еще совсем молодым пареньком он принимал участие в революционном движении рабочих Путиловского завода. В начале первой мировой войны был призван в царскую армию. Как хорошо освоивший специальность артиллериста, назначается старшим фейерверкером отдельной автоброневой батареи. В 1917-м произведен в прапорщики
».
.
.

Спецнаборы в бронетанковые школы

Формально для военных школ был установлен принцип добровольности, то есть туда никто никого не должен был призывать, а поступали граждане и военнослужащие по собственному желанию. Фактически же вузы мотомехвойск РККА испытывали острый недостаток в желающих пройти обучение, которые к тому же должны были соответствовать определенным требованиям по образовательному уровню и т.п. Служба в армии, мягко говоря, популярностью не пользовалась и мотомехвойска сначала не являлись каким-то исключением из общего правила.
Для того, чтобы укомплектовать вузы квалифицированными слушателями (курсантами); а под квалифицированными понимались люди с образованием не ниже 7 классов для командных школ и 10 классов – для технических, имевшие дело с техникой; стали применяться принудительные меры.
Поскольку принцип «добровольности» набора в военные школы оставался незыблемым, действовать стали по партийной линии. Что имеется в виду. Проводили так называемые «спецнаборы», когда в добровольно-принудительном порядке в военные школы направляли партийный и комсомольский актив, как наиболее сознательных и в принципе безотказных в этом вопросе граждан.
Решение о мобилизации 7000 коммунистов для укомплектования в 1931 году военных школ, в том числе 1300 человек для бронетанковых, было принято Политбюро ЦК ВКП(б) в феврале 1931 года. Отбор первых кандидатов должен был быть закончен уже в мае того же года для июньского и сентябрьского наборов в школы и в сентябре – для декабрьского. В 1932 году специальный набор в бронетанковые школы, как метод в целом давший хорошие результаты, был повторен, в июне 1932 года Горьковская, Орловская, Саратовская и Ульяновская школы получили таким образом более 2300 человек курсантов.
Кроме принудительного порядка набора в вузы спецнаборы имели и еще одну особенность, для них устанавливались сокращенные сроки обучения. Так курсанты из спецнабора июня 1932 года выпускались из бронетанковых школ в июне и ноябре 1934 года, а не через три года, как «нормальные» наборы.
Впрочем, в первые годы существования бронетанковых школ в них практиковались и другие способы укомплектования и принципы проведения обучения. В частности в некоторых вузах существовали ускоренные отделения, срок обучения «ускоренников», очевидно, был короче «нормальных» наборов. Проводились наборы курсантов из младшего начальствующего состава сверхсрочной службы, так в 1931 году сверсхрочников получили Нижегородская и Ульяновская школы (еще не как бротанковые). Сроки обучения их варьировались от 1 года 9 месяцев до 2 лет 1 месяца.
Директивой начальника ГУВУЗ РККА Фельдмана от 8 декабря 1932 года все ускоренные отделения во всех вузах упразднялись, все курсанты, принятые в 1932 году, переводились на нормальные сроки обучения (для БТШ и ШАТТ – 3 года), курсанты «спецнаборов» продолжали обучаться на прежних основаниях по 2 года.

Начальник штаба 7-й гвардейской танковой бригады подполковник Юренков Николай Николаевич. 18 августа 1943 г.
Судя по тому, что Юренков обучался в Саратовской бронетанковой школе с июня 1932 по ноябрь 1933 г., он входил в число "спецнабора", да еще и выпустился досрочно.




О том, как они не совсем добровольно попали в мотомехвойска, вспоминают многие окончившие в 1930-х годах бронетанковые школы советские военачальники, оставившие нам свои мемуары.

Генерал-майор танковых войск Егоров Александр Васильевич попал в ММВ РККА в 1931 году по решению райкома комсомола: «В апреле 1931 года секретарь фабричного комитета комсомола Алеша Белов сообщил мне радостную весть: я утвержден кандидатом на учебу в Московский энергетический институт. А после первомайских праздников неожиданно вызвали в райком партии. Думал, что разговор будет о том же, и шел в приподнятом настроении. Очень хотелось стать студентом, потом инженером-энергетиком, может, даже на своей фабрике.
Секретарь райкома партии Иван Кулаков, неторопливо расспросив о работе, о домашних делах, объявил мне: решение райкома комсомола отменено. Райком партии направляет меня на учебу в только что созданное Орловское танковое училище, которое сформировано на базе Иваново-Вознесенской пехотной школы имени М.В.Фрунзе.
- Вы, молодой рабочий-коммунист, должны стать командиром-танкистом. Надеюсь, что к учебе отнесетесь как к партийному долгу, оправдаете доверие фабричной партийной организации, - напутствовал меня секретарь.
Сборы были недолгими. В мае 1931 года с партийной путевкой я прибыл в танковое училище. Это было десять лет назад, а сколько пережито за это время...
».

По спецнабору был призван в 1932 году на военную службу с направлением в Орловскую бронетанковую школу, которую он тоже неправильно называет училищем, дважды Герой Советского Союза Слюсаренко Захар Карпович: «Харьков. Хорошо знакомый, близкий, родной город! Сюда часто ездил по служебным делам из Мерефы. Здесь в 1931 году я, заворг парткома Мерефянского стекольного завода, по путевке ЦК КП(б)У учился на лекторском факультете Высшей школы профдвижения. А через год, за день до окончания этой школы, тринадцать выпускников срочно вызвали в городской военкомат. Строгая медицинская комиссия лишь меня отправляет на второй этаж, где заседает мандатная. Озадачен: чем лучше других и, вообще, причем здесь мандатная комиссия? Кажется, хотят определить в кадровую армию. Какой из меня военный? [...] Наверняка какая-то ошибка.
- Слюсаренко!
- Я!
- Войдите.
За длинным столом, покрытым красной материей, заседают военные. Один из них, старший начальник, с тремя шпалами в петлицах, назвав несколько бронетанковых училищ, спрашивает, словно мы с ним на эту тему уже вели длительный разговор:
- Вас в какое зачислить?
Молчу, не знаю, что ответить. Почему, если на то пошло, бронетанковое, а не артиллерийское? Хотя бы спросили, может, мне хочется стать летчиком? Но самое главное – тяготения к военной жизни не испытываю. Для чего мне этого училище? День и ночь тянись по стойке «смирно», веди кочевой образ жизни...
- Вы работали машинистом на электростанции
- Не сразу. Был курьером, весовщиком, кочегаром, помощником машиниста... В общем, постепенный рост, как говорится.
- Стало быть, знакомы с техникой. – Военный с тремя шпалами раскрывает мое личное дело. – Секретарь комитета комсомола, член парткома, заведующий организационным отделом парткома завода. Да и это очень кстати.
- Товарищ Слюсаренко, - обращается ко мне худой человек в гражданском, которого я ранее не замечал. – Вас призывают на военную службу по спецнабору. Красной Армии нужны молодые командные кадры, грамотные коммунисты. Поняли?
- Конечно, - отвечаю, - раз партия считает нужным...
- Так в какое бронетанковое училище желаете поступить? – повторяет вопрос военный с тремя шпалами.
В любое. Туда, где больше нужен, - отвечаю уже четко
».

Другой прославленный советский танкист дважды Герой Советского Союза Драгунский Давид Абрамович проходил срочную службу 4-м стрелковом полку 2-й Белорусской стрелковой дивизии, когда его, ни о чем не спрашивая, отправили в 1933 году учиться в Саратовскую бронетанковую школу: «Я пришел в армию из деревни Ахматово Калининской области. Беляков и Жмуров приехали из Ногинска, где по окончании средней школы работали на «Электростали». В минских лесах мы крепко подружились. Вместе нам было легче переносить длинные переходы, форсированные марши и тяготы солдатской службы.
Однажды нас вызвали в канцелярию. Командир роты Баранулько объявил приказ командования:
- Решено направить вас в танковую школу. Надеюсь через несколько лет увидеть вас достойными командирами Красной Армии...
Слова ротного вмиг сокрушили мои заветные планы: я мечтал, отслужив в армии, податься в Москву и поступить в МГУ на литературный факультет.
Осенью 1933 года всех троих направили в Саратовскую Краснознаменную бронетанковую школу. А через три года мы успешно окончили ее
».
Воспоминания Давида Абрамовича здесь приведены исключительно для демонстрации понимания в СССР «добровольности», его пример не имеет отношения к спецнаборам, так как он обучался в бронетанковой школе стандартные три года.

Безусловно не всем насильно загнанным в вузы карьера танкиста пришлась не по душе. Выпускник Саратовской бронетанковой школы Драгунский Давид Абрамович дослужился до генерал-полковника танковых войск. Курсы «Выстрел», май 1980 года.



То, что в мемуарах описывается как небольшая грустинка по прежним планам, не более чем обычное советское лицемерие и вранье. Вопрос стоял на контроле Политбюро и на самом деле представлял собой большую проблему. Менять комсомольско-партийную карьеру на «мазуту», чтобы стать, если не очень повезет, командиром танка, а если очень, то аж командиром взвода - в гробу видал актив эту армию.
Мне доводилось встречать в архивах материалы по спецнаборам, за ними очень пристально следили на самом верху, и документы по поводу недовольства курсантов своим положением поступали по нескольким каналами - армейским и органов ОГПУ. Судя по этим документам, многие насильно мобилизованные курсанты, очевидно, имевшие совсем другие планы на использование партийности в своей карьере, любыми средствами пытались добиться увольнения. Плохо успевали, пьянствовали, устраивали самоволки и даже драки с начальством и т.п.
Забегая вперед, скажу, что со временем проблема набора в ВУЗы была решена и решена, возможно, единственным доступным в условиях мирного времени путем – популяризацией службы в армии в целом и автобронетанковых войск и танкистов в частности.
А что касается спецнаборов, тут есть один непонятный мне момент. Я давно обратил внимание на то, что очень многих курсантов, кто учился в первых наборах бронетанковых школ (не только специальных), найти в армии потом не удается. Вот так, берешь списки выпускников вузов и начинаешь проверять по всем возможным базам, а их нет через одного. Возможно, что в середине 1930-х гг., когда численность автобронетанковых войск РККА стабилизировалась, нежелающих служить просто уволили из армии. Этот вопрос требует дальнейшего изучения.
.
.

Бронетанковые школы. Часть II.

В продолжение темы бронетанковых школ надо залезть в один очень сложный вопрос, который до меня, кажется, никто никогда таким образом не разбирал.
Первые такие школы создавались, когда в организации мехчастей Красной Армии происходили существенные изменения штатных расписаний, в первую очередь, вызванные пересмотром должностных категорий командиров танков и танковых подразделений. Когда только оформлялся новый род войск и в целом при составлении штатов ориентировались на «Уравнительный перечень должностей РККА» из положения о прохождении службы начсоставом 1928 года, считалось, что командиром танка или бронеавтомобиля должен быть командир 4-й категории (то есть два квадрата в петлице), командир танкового или автоброневого взвода имел уже 5-ю категорию и по три квадрата.
В процессе формирования и изучения первых опытных механизированных частей стало понятно, что к-4 для командира любого танка – это чересчур много, такая категория была в итоге оставлена только для командира трехбашенного танка Т-28. А командиры малых танков, к которым были отнесены МС-1, 6-тонный Виккерс и созданный на его базе Т-26 получили в штатах к-3, все еще оставаясь лицами среднего начальствующего состава.
Еще более кардинально вопрос был решен на заседании Реввоенсовета СССР 13 августа 1930 года. Поскольку все эти буквы и цифры в штатах (к-2, к-3, к-4) при не очень на первый взгляд большой разнице на практике давали дефицит в тысячи вакантных должностей в мотомехвойсках, которые некем было заполнить, было решено еще раз «снизить планку» и опустить на одну категорию некоторые должности. На взвод танкеток и малых танков было предложено сохранить всего одного военнослужащего среднего начсостава; во взводе средних танков – по одному среднему командиру на танк. Указанное в первом случае лицо среднего начсостава – это командир взвода, который одновременно являлся и командиром одной из боевых машин.
Командирами остальных четырех танков или танкеток, при пятитанковом взводе, стали младшие командиры (к-2). Положением о прохождении службы младшего начальствующего и рядового состава, введенным в действие приказом РВС СССР № 135 от 11 августа 1931 года, предусматривалось, что командиры малых танков, бронеавтомобилей и танкеток – это младшие командиры (к-2), а средних и больших танков – средние командиры.
Первый выпуск Орловской бронетанковой школы 1 сентября 1931 года состоялся еще по старой программе средних командиров – командиров машин в мотомехчасти. Выпуск 1 июля 1932 года в ней же – уже командиров взводов с той же самой категорией к-3.

Командиры мотомеханизированных войск со знаками различия 3-й категории (по одному квадрату на петлице) – командиры взводов или танков, вероятно, выпускники одной из бронетанковых школ.




В 1932 году, когда началось формирование механизированных корпусов и механизированных бригад, вооруженных танками БТ-2, с мест стали поступать замечания о непригодности младшего командира быть командиром такого танка. Записав условно его в категорию средних танков в тогдашней еще непересмотренной классификации и присвоив командиру категорию среднего комсостава (к-3), командование армии, а решение принималось на уровне РВС СССР, решило одну проблему (неквалифицированных младших командиров - командиров танков) и получило другую – необходимость готовить их в нормальных военных школах, поскольку средний начсостав для занятия должностей категорий к-3 выпускался именно ими.
Директивой Штаба РККА № 4/28355 от 16 октября 1932 года устанавливались следующие изменения в составе экипажей боевых машин:
- по танку БТ: командир танка не к-2, а к-3 с подготовкой в соответствующих нормальных школах;
- по танку Т-26: командир танка – младший командир исключительно сверхсрочной службы к-2.
Обратите внимание, в 1932 году в РККА было более 1000 танков Т-26 и менее 400 БТ-2, то есть первых было в 2,5 раза больше чем вторых, а количество бронетанковых школ при этом делилось между ними поровну! Потому что, одни готовили командиров взводов, а вторые – командиров танков. Такой была цена желания иметь командиром танка среднего командира (в позднейших реалиях – офицера).
В 1932 году во все штаты частей, имевших на вооружении танки БТ, были внесены соответствующие изменения, а бронетанковые школы перестраивали свой учебный процесс таким образом, чтобы выпускать командиров танков.
Данное решение создало достаточно проблем в организационном строительстве мотомеханизированных войск. В частности в первой половине 1930-х годов никак не могли найти лучшую организацию и тип боевой машины для мехчастей кавалерийских дивизий и бригад, практически каждый год они перевооружались с БТ на Т-26 и обратно. Так при перевооружении в 1933 году механизированных полков 8-й и 15-й кавалерийских дивизий по новым штатам на танки БТ командиры танков получались за счет досрочного выпуска 36 курсантов третьего курса Ульяновской бронетанковой школы, а младшие командиры – командиры танков Т-26 остались за штатом.
Поскольку это не книга, я не буду, как планировал, приводить полные списки выпускников Орловской бронетанковой школы, окончивших ее в ноябре 1934 года и назначенных командирами танков БТ в механизированные бригады, механизированные полки кавалерийских дивизий, отдельные танковые полки и батальоны корпусных школ младшего начсостава, вооруженные именно этими машинами. Скажу лишь, что военная карьера 345 этих выпускников складывалась очень по-разному. Среди них встречаются и герои Советского Союза предвоенных и военных лет, и участники гражданской войны в Испании, и заслуженные командиры бригад и полков времен Великой Отечественной войны, а есть те, кто и в конце ее носили маленькие «лейтенантские» звездочки на погонах.
Самым знаменитым из них оказался будущий дважды Герой Советского Союза Слюсаренко Захар Карпович. Из известных выпускников 1934 года можно привести также Богачева Василия Гавриловича (Герой Советского Союза 27.12.41) и Ильченко Николая Петровича (Герой Советского Союза 17.11.39).
Менее известны командир 1491-го сап Вавилов Иван Иванович, командир 1221-го сап Гладнев Петр Сергеевич, командир 61-й гвардейской тбр Жуков Николай Григорьевич, заместитель начальника штаба 5-й гвардейской ТА по разведке Коянович Анатолий Степанович, командир 516-го отдельного огнеметного тп Лобанов Нил Иванович, командир 1453-го сап Павликов Иван Дмитриевич и начальник штаба БТМВ 67-й армии Четин Петр Михайлович.

Слюсаренко Захар Карпович на выпускной «виньетке» Орловской бронетанковой школы 1934 года. Поскольку снимался еще курсантом, не имеет пока знаков различия, но по выпуску в ноябре 1934 г. был назначен командиром танка 4-го отдельного танкового полка УВО и получил первые квадраты на петлицы.



Выпускник Орловской бронетанковой школы 1934 года Понивага (Панивага) Петр Петрович. Выпустился командиром танка во 2-й механизированный полк 2-й кавалерийской дивизии. В дальнейшем командовал учебным взводом 42-го танкового полка 34-й кавалерийской дивизии.



Лейтенант Парфенов Василий Алексеевич тоже окончил Орловскую бронетанковую школу в 1934 году, в дальнейшем служил в 19-й механизированной (1-й легкотанковой) бригаде.




Так же как и Орловская, Ульяновская бронетанковая школа, специализирующаяся на танках БТ, в 1934 году выпустила своих курсантов спецнабора 1932 года командирами танков. В этом выпуске был, например, будущий генерал-майор танковых войск Духовный Ефим Евсеевич, а тогда всего лишь командир танка БТ 32-й механизированной бригады ЛВО с категорией к-3, то есть с одним квадратом на каждой петлице.

***
На особом положении находились танкисты, проходившие службу на танках Т-35. Этот танк стоял на вооружении только одного единственного отдельного учебного танкового полка УВО (с 1935 года ХВО), в силу своей «особости» не имевшего даже номера, и в 1936 году развернутого в тяжелую танковую бригаду.
Командиром танка Т-35 безусловно был средний командир, никакие треугольники в петлицах он носить не мог. Подготовкой начсостава на тяжелые танки занималось первоначально особое отделение Ленинградских бронетанковых курсов усовершенствования, затем эти функции были переданы в специальное отделение ВАММ им.Сталина.
Например, в феврале 1934 года бывшие выпускники Орловской бронетанковой школы, уже имевшие категории среднего командного состава, прошли обучение на ЛБТКУКС им.Бубнова и по окончанию были назначены командирами и помощниками командиров танков Т-35 в отдельный учебный танковый полк УВО. Командир машины при этом получал категорию к-4. Командирами танков были назначены всего два человека: Довнар Иван Константинович и Соляр Максим Иванович, помощниками командиров: Лизунов Сергей Сергеевич, Моисеенко Федор Григорьевич, Тараторкин Сергей Петрович и Хараборкин Георгий Филиппович, остальные - в распоряжение ГУ РККА с прикомандированием к оутп.

***
До этого момента речь шла о бронетанковых школах, так сказать, «командных», готовивших командный состав, имевший категории «к»: командиров взводов и танков.
Но в системе военно-учебных заведений мотомеханизированных войск было еще две школы, которые обучали младших военных техников. В данном случае это не звания и не должности, а просто указание на тот факт, что это средний начсостав с первичными категориями, занимавший должности военных техников мотомехвойск. Причем, до 1932 года, пока не появился собственно инженерно-технический состав, как категория начальствующего состава, этих командиров нельзя буквально называть техническим составом, в том смысле, как были командный состав, политико-просветительский состав, военно-медицинский состав и т.д. В штатах до момента пересмотра в 1932 году и позднее технические специалисты имели букву «к», то есть командный состав, впоследствии – «т», то есть инженерно-технический.
Первая школа была создана в 1930 году на базе военно-автомобильной школы младшего начсостава и именовалась сначала Московской школой автомобильных техников. Начальником ее был назначен помполит Ленинградских броневых курсов Черняев Василий Михайлович, политработник бронечастей с почти десятилетним стажем.
В 1932 году в Ленинграде была организована вторая школа военных автотехников для мотомеханизированных войск. Основой послужил 2-й отдельный учебный автобатальон. Начальником этой школы стал командир 2-го танкового полка ЛВО Мартынов Николай Маркович, тоже броневик с огромным стажем, бывший шофером бронемашины, командиром автобронеотряда и автобронедивизиона.
Оба ВУЗа впоследствии были ориентированы на подготовку специалистов для танковых частей и уже в 1933 году именовались школами автотанковых техников (ШАТТ). В 1934 году обе школы были переименованы в школы танковых техников (ШТТ).

Неизвестный курсант Московской школы танковых техников с шифровками своего ВУЗа на петлицах («МШТТ»). Лето 1935 г.




Потребность в технических специалистах в войсках была столь велика, что осенью 1933 года было осуществлено беспрецедентное мероприятие – обычные бронетанковые школы вместо командиров взводов (танков) выпустили танковых техников.
Приказом РВС СССР № 00581 от 28 октября 1933 года был назначен танковыми техниками в разные части РККА, вооруженные в основном танками Т-26, 191 выпускник Нижегородской бронетанковой школы имени Сталина. Тем же приказом танковыми техниками в 5-ю и 134-ю механизированные бригады и другие соединения и части, на вооружении которых стояли танки БТ, выпустились 167 курсантов Ульяновской Краснознаменной школы имени Ленина.

Выпускник Ульяновской бронетанковой школы 1933 года (как танковый техник) старший лейтенант Пищальский Евгений Павлович.



Капитан Немченко (Немченков) Пантелей Иванович в 1933 г. окончил Горьковскую бронетанковую школу и выпустился из нее техником в 46-й оадн ОКДВА.




К 1933 году штатная численность переменного состава бронетанковых школ была сильно уменьшена и составляла по сумме курсантов четырех ВУЗов 2400 человек.

Штатная численность переменного состава школ ММВ РККА на 1.06.32 г.:
Школа - Штатная численность, чел.
Орловская бронетанковая школа - 1200
Саратовская бронетанковая школа - 800
Ульяновская бронетанковая школа - 1200
Нижегородская бронетанковая школа - 1200
Московская школа военных автотехников - 850
.
.

Бронетанковые школы

В конце 1929 года Наркомвоенмор СССР утвердил бронетанковую программу, по которой мотомеханизированные войска должны были получить: пять танковых полков РГК, семь танковых батальонов для конницы, пять механизированных отрядов для нее же, три самостоятельных механизированных бригады и один батальон тяжелых танков.
Так как первоначально было принято решение о сохранении командирами малых и средних танков лиц среднего комсостава, потребность в старшем и среднем командном составе исчислялась, учитывая разнесенный на несколько лет процесс формирования новых частей: 330 человек к осени 1929, 650 к осени 1930, 1450 к осени 1931, 2250 к осени 1932 и 2750 человек к осени 1933 года. Для обеспечения этой потребности было решено расширить Ленинградские броневые курсы (о них еще будет рассказано отдельно) и сформировать новую бронетанковую школу на базе пехотной или кавалерийской.
Первой нормальной бронетанковой школой нового рода войск стала Орловская, сформированная летом 1930 года на базе Иваново-Вознесенской пехотной. Школа была рассчитана на 600 курсантов с ежегодным выпуском в 200 человек. Однако уже в 1931 году школа приняла 800 человек (все спецнабора), выпустив 187, а с 1932 года штатная численность школы была увеличена до 1200 человек. Сначала готовила комсостав на МС-1, в 1932 году их заменили Т-26, а в дальнейшем школа перепрофилировалась на танки БТ. Бронетанковой школой продолжил руководить Шаумян Сурен Степанович, бывший ранее начальником Иваново-Вознесенской пехотной школы (сын одного из 26 бакинских комиссаров Степана Шаумяна).

Слева - Шаумян Сурен Степанович, в 1930-1932 гг. начальник Орловской бронетанковой школы.
Командира справа от него определить не удалось. Возможно, помощник начальника школы по политической части Александров Александр Иванович.





Приказ Наркомвоенмора и Председателя РВС СССР
№ 017127/СС 22.02.1930 г.
[...]
2. Осенью 1930 г. сформировать бронетанковую школу путем переформирования Иваново-Вознесенской школы в г.Орле. Переформирование указанной школы не должно повлечь сокращения выпуска пехотных командиров из школ, для чего, существующие школы необходимо увеличить в переменном составе из расчета покрыть выпуск Иваново-Вознесенской школы. Срок обучения в бронетанковой школе определяется 3 года.
[...]
4. В отношении бронетанковой школы приказываю:
а/ все казарменное оборудование, а также и оборудование специальных классов для практических занятий закончить к 1 сентября 1930 г.
б/ комплектование постоянного состава школы произвести за счет выделения комсостава из броневых частей и путем командирования на стажировку в период лета 1930 г. не менее 20 командиров из числа оканчивающих военные академии весной 1930 г. с тем, чтобы осенью их назначить для работы в школу и вновь формируемые бронетанковые части;
в/ комплектование переменного состава школы произвести следующим образом:
Старший класс – курсантами среднего класса пехотных и кавалерийских школ;
Средний класс – курсантами младшего класса пехотных и кавалерийских школ;
Младший класс – на общих основаниях с прочими ВУЗ"ами;
г/ подбор курсантского состава произвести с учетом имеющихся у них более родственных специальностей по мотору внутреннего сгорания и токарно-слесарному делу.
[...]
Ворошилов


В январе 1931 года на базе Саратовской школы переподготовки начсостава запаса была создана вторая бронетанковая школа (Саратовская БТШ), тоже численностью переменного состава в 600 курсантов. Начальником школы остался Спильниченко Семен Аввакумович, руководивший ею в разных ипостасях с 1926 года и уже ставший известным как автор книги 1928 года «Бронесилы». В 1931 году школа приняла по спецнабору 500 человек курсантов, а с 1932 года штатная ее численность составляла уже 800 человек. Основное предназначение школы – подготовка командиров танковых взводов, первый выпуск которых был произведен в 1933 году. Но еще в 1932 году было выпущено две тысячи человек младшего начальствующего состава (механиков-водителей танков), проходивших обучение при школе. Первыми боевыми машинами на вооружении школы были танки МС-1, в дальнейшем школа перепрофилировалась на Т-26.

Управление ВУЗ
№ 04807-сс 27.01.1931 г.
Начальнику Краснознаменной Саратовской школы переподготовки начсостава запаса РККА тов.Спильниченко

По распоряжению НКВМ вверенная Вам Саратовская школа должна быть переформирована в Броне-Танковую школу.
В соответствии с этим Вам надлежит:
1) Закончить переподготовку командиров запаса 15 февраля. Больше нарядов не будет.
2) Переформирование начать 15 февраля и закончить 1 июня с.г.
[...]
4) К 15 февраля послать в Ленинград на Броневые Курсы для переквалификации 30 преподавателей, срок обучения не более 3 месяцев.
5) К 5 февраля послать 50 человек красноармейцев во 2-й танковый полк для подготовки из таковых механиков-водителей. Срок обучения 4-5 месяцев.
[...]
Начальник УВУЗ ГУ РККА А.Тодорский


Тренажеры для наведения танковых пушек Саратовской бронетанковой школы.




Весной 1932 года, когда уже стали понятны планы по развертыванию в мотомехвойсках двух новых механизированных корпусов, шести отдельных механизированных бригад, танковых частей пехоты и конницы, создаются еще две школы: на базе стрелково-артиллерийской в Ульяновске и пехотной в Нижнем Новгороде. Как и у двух первых, Орловской и Саратовской, начальниками новых бронетанковых школ оставили уже занимавших эти должности в старых школах Жабина Николая Иванович и Живина Николая Ивановича.
Танками, изначально поступившими на вооружение школ, были первенцы советского танкостроения МС-1, но уже в начале 1933 года в Ульяновске их вытеснили танки БТ, а в Нижнем Новгороде (с 1932 года – Горьком) – танки Т-26.
На переформирование пехотных школ в бронетанковые отводился значительный срок, за это время преподаватели профильных дисциплин, которые еще недавно были пехотинцами, проходили переподготовку на бронетанковых курсах. Например, в 1930 году обучался на Ленинградских бронетанковых курсах им.Бубнова преподаватель Иваново-Вознесенской пехотной школы Белоглазов Алексей Степанович, ставший преподавателем Орловской бронетанковой школы. С февраля по май 1931 года прошел обучение на ЛБТКУКС преподаватель Саратовской школы переподготовки начсостава запаса Лавринович Вацлав Брониславович, оставленный преподавателем в новой бронетанковой школе. Прошел переподготовку на Московских КУКС мотомехвойск преподаватель той же школы, а затем командир батальона курсантов в ней Чупрыгин Даниил Семенович.

Подполковник Сизов Николай Сергеевич, руководитель (преподаватель) Саратовской школы переподготовки, а затем бронетанковой школы с 1928 года.




Строевой командный состав, командиры курсантских подразделений и т.п., как правило, переквалификацию не проходили, становились танкистами просто по факту службы в учебном заведении ММВ РККА. Командовал батальоном Иваново-Вознесенской пехотной школы еще с 1925 г. Арефьев Сергей Иванович, он же с 1930 года стал командиром курсантского батальона Орловской БТШ. Начальником штаба Нижегородской пехотной школы с 1931 года был Лямцев Анатолий Семенович, бывший командир стрелкового полка в 14-й сд, он остался на этой должности и в бронетанковой школе, прослужив там до 1936 года, переквалификацию на курсах тоже не проходил.
Назначались в школы и опытные специалисты, с тех же Ленинградских бронетанковых курсов, которые являлись не только основным центром переподготовки командных кадров, но и основным источником преподавательского состава для вновь формируемых ВУЗов мотомехвойск РККА.
Частично оставался в школах при переформировании и переменный состав, он менял профиль обучения и выпускался уже командирами-танкистами. Например, Ульяновская и Горьковская школы, как бронетанковые существовавшие только с весны 1932 года, в ноябре 1933 года должны были выпустить: первая – 62 курсанта «нормального» набора, принятых 1 октября 1930 года, вторая – 80 принятых 1 октября 1930 года и 145 принятых 1 мая 1931 года. Понятно, что поступили эти курсанты еще в пехотные школы, а оканчивали уже бронетанковые.

Курсанты Орловской бронетанковой школы. Некоторые еще с малиновыми петлицами Иваново-Вознесенской пехотной школы на воротниках рубах, в том числе с шифровками «ИВПШ». Около 1930 года.



Неизвестные курсанты Орловской бронетанковой школы им.Фрунзе. Июль 1932 года.



Практические занятия по переправе танка МС-1 в Орловской бронетанковой школе. Начало 1930-х годов.




Выпускники Ульяновской бронетанковой школы им.Ленина Н.И.Удалов, И.П.Кудряшов и А.Г.Зарубин. Май 1934 года.


.
.